Вот… лучше бы он и дальше вел себя, как кусок… вот как кусок. Потому что я совсем не знала, как быть с его заботой. Мужчины до сих пор ни разу обо мне не заботились. Как вообще на такое реагируют нормальные женщины?
Пока я размышляла и стояла, как идиотка, молча, началась ярмарка талантов. Сначала мэр прогундел свое вступительное слово, потом — глава городского правления. Аб выслушал его спокойно, вздернув подбородок.
А потом на сцену вышла первая участница — девушка с очень тонким и пронзительным голосом. На этом достоинства ее пения заканчивались.
"
"Преодолевая желание заткнуть уши руками, я направилась к сцене. Нужно уже готовиться к тому, что скоро нам выступать. А мне еще предстоит сообщить Мелиссе, что никакого черного плаща не будет.
Ох, истерику она закатит громче, чем эта певунья…
— Леди Иви! Леди Иви, как хорошо, что я вас нашла! — на меня откуда ни возьмись налетела женщина с мышиными волосами — та самая, которая приняла у меня заявление на участие в ярмарке.
— Что такое? Мы уже здесь, готовы выходить.
— Нет! Леди Иви, вы понимаете — ваше выступление отменили! Вы никуда не выходите! Я как раз искала вас, чтобы сказать!
Сердце рухнуло в пятки, а затем изнутри поднялась злость. На эту женщину с мышиными волосами, которая принесла дурные вести, на борова-мэра и на горожан.
Дети так ждали этого праздника — я впервые за все время видела их такими воодушевленными. Как будто их начисто перестало волновать то, что они неблагие. “Разве это значит, что мы не имеем права выступать?” — робко спросила Бетти, когда об этом опасливо заговорил Юджин.
Софи начала понемногу говорить, потому что так проще было общаться с остальными, Лили уже не только говорила, но и считала, и немного читала по слогам — потому что только недавно наконец перестала панически прижиматься к любому достаточно теплому и готовому ее обнять человеку, начала смотреть по сторонам и развиваться, как и положено трехлетнему ребенку.
Я подготовила детей к тому, что мы можем проиграть, что нас могут осмеять.
“В первый раз как будто!” — высокомерно фыркнула Мелисса.
Но не к тому, что нам не дадут даже выйти на сцену.
— Что случилось? — спросил подошедший к нам генерал Реннер.
— Ох, Алан! И вы здесь! — женщина с мышиными волосами предусмотрительно отступила на шаг и заговорила: — Видите ли, ввиду некоторых обстоятельств…
Она прижала к груди какую-то папку, отгородившись ею, как щитом.
— Ввиду некоторых обстоятельств мы выйдем на сцену, как и планировали, — перебила я.
