— У нас есть деньги — и мы готовы заплатить вам за услугу, о которой просим. И, разумеется…
Генерал Реннер подошел к двери, выглянул наружу.
— Засуньте себе эти деньги… — начала я.
— Леди Иви, пожар! — рявкнул генерал Реннер.
— Что? — Я подбежала к двери, и он тут же вытолкнул меня наружу.
Я едва не врезалась в Мелиссу, которая, конечно, подслушивала. Лили сидела у нее на руках и сосала палец.
Генерал Реннер, захлопнул дверь кабинета, предварительно крикнув родителям Мелиссы:
— Ни за что не выходите! Здесь опасно! — Он опустил взгляд.
— Идите погуляйте на первом этаже.
Мелисса нахмурилась, и я добавила:
— Я позову, когда ты понадобишься. Что бы сказала твоя мама, если бы увидела, что ты подслушиваешь?
Мелиссу тут же как ветром сдуло.
— Умно, — прокомментировал генерал Реннер и перевел на меня взгляд. — Иви…
— И слышать ничего не хочу! Эти люди… Я…
Есть ли какой-то местный аналог выражения про одно поле и некий физиологический процесс? Оно здесь было бы очень к месту.
— Руку я им не пожму, вот!
— Иви, — процедил генерал Реннер.
— Успокойся.
— Успокоиться? Думаешь, это нормально?
Генерал Реннер дернул головой.
— Я думаю, что будет лучше, если им ничего не будет нужно от Мелиссы.
— Что? Ты…
— Иви! — шепотом рявкнул он. — Приди в себя! Знаешь, что принято в богатых семьях делать с неугодными наследниками? Ты правда хочешь, чтобы над Мелиссой висела такая опасность?! Всю жизнь?!
Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, о чем он говорит.
— Но… Она же их дочка.
Она же…
Ужасно храбрая малышка, которая, чтобы защитить своих, готова броситься хоть на незнакомую тетку, хоть на дракона. Та самая, которая таскала Юджину хлеб, пока тот прятался в подвале дома. Та, которая не дала Долорес ударить Дерека. Которая нянчится с Лили. Которая… которая…
Генерал Реннер молчал, я только сейчас заметила, что он сжимает мой локоть.
Чтобы прийти в себя, мне понадобилось несколько минут — невероятно долгий срок.
Я опустила взгляд.
— Ладно. Да, ты прав. Я поняла.
Кажется, я впервые признала его правоту.
Брови генерала Реннера взлетели вверх, он отступил на шаг.
Пригладив волосы, я открыла дверь.
— Все в порядке, ложная тревога. Что касается вашего вопроса…
— Мы ведь просим не просто так! — перебил Джош. — Мы готовы заплатить пятьсот золотых монет!
— Сколько?
Они оценили жизнь и благополучие своей дочери в пятьсот монет?..
— Тысячу, — сказала Элен, положив ладонь на живот.
Я почувствовала, что у меня ослабели колени.
