Я уж точно придумаю, как быть.
От размышлений меня оторвал топот.
Я обернулась и увидела темноволосого мальчика лет пяти, который бежал по лестнице, держа перед собой деревянную игрушку: птичку, свисающую на тонкой нитке с конца палки. Она медленно двигала крыльями, как будто летела.
Засмотревшись на нее, мальчик споткнулся и кубарем покатился вниз. Да елки-палки! Я рванула вперед, но, конечно, не успела его поймать, только упала перед упавшим ребенком на колени.
Хоть бы ничего не сломал! С маленькими детьми всегда так.
Только отвернешься — и они, кажется, делают все, лишь бы себе навредить. Куда-нибудь лезут, бегут, прыгают, где-то застревают и едят то, что вообще не стоит есть. Землю, например, или жуков.
Мальчик осоловело оглядывался вокруг и держался за локоть правой руки. Его губы подрагивали, как будто он никак не мог решить, заплакать — или пока не стоит.
— Ударился? — ровным спокойным голосом спросила я.
Главное в таком деле — не нервничать! Дети всегда чувствуют эмоции того, кто рядом.
Испугалась сама — получишь поток слез, даже если до того момента ничего не болело.
— Давай-ка посмотрим, что там у тебя, — ласково сказала я, присматриваясь к руке. Так, на перелом, кажется, не похоже…
У меня не было своих детей: я просто не могла забеременеть, хотя очень хотела малышей. К сорока годам я почти смогла смириться с этим, довольствуясь работой воспитательницы. Хотя сердце все равно болело, когда я видела мамочек с колясками, гуляющих в парке.
Мальчик посмотрел на меня, его глаза испуганно расширились.
— Дай посмотрю, — мягко попросила я. — Не будет больно.
Так, вывиха, кажется, тоже нет: рука выглядит, как обычно. Значит, просто ушиб.
Мальчик не шевелился и, пока я ощупывала его руку, смотрел на меня со страхом. Может, врачей боится? Или... или он боится Ивари?
В этот момент за моей спиной раздался холодный голос:
— Я же запретил вам подходить к ребенку.
Глава 4
Услышав это, я сначала вздрогнула от какого-то инстинктивного испуга, а потом закатила глаза с тяжелым вздохом.
Снова этот дракон.
Боже, я провела с ним всего полчаса, а он уже успел достать меня до самых печенок. И это мы всего лишь разводились! Чувствую, если бы на месте развода была свадьба, все было бы еще хуже.
Малыш, который только что смотрел на меня с испугом, вдруг хихикнул: должно быть, увидел мое выражение лица. Детей почему-то всегда ужасно смешит, когда взрослые начинают вести себя, как живые люди.
