– Сапожник дядя Арсен мне рассказал, что у старой княгини были какие-то замечательные туфли, много пар! Он сказал, что такие туфли шил на заказ какой-то знатный армянский сапожник, единственный в Москве.
– Тоня, – с изумлением спросила Саша, – какой дядя Арсен? Где ты его взяла?
Тонечка махнула рукой в сторону леса, словно там прятался сапожник дядя Арсен.
– В будке на углу. Он сидит там пятнадцать лет, латает обувь и всех в городе знает. Лидия Ивановна иногда угощала его кофе и… – Тонечка вздохнула, – целой курицей.
Он сказал, что у Лидии Ивановны вся обувь сшита на заказ в ГУМе.
– Когда это в ГУМе шили обувь на заказ? – насмешливо спросила Саша. – При Сталине?
– Дядя Арсен утверждает, что этой обуви сносу нет, хоть сто лет прослужит. А он знает толк!..
– Тоня, ты такая фантазерка!
– У старой княгини обувь была сшита на заказ, – продолжала Тонечка упрямо. – Племянница Натали, помнишь, роняла слезы по поводу того, что ее обделили и ей не достанется ни крохи от семейного пирога.
– Джон Б. Пристли, – кивнула Саша.
– В храме полным-полно дорогих вещей, которые когда-то дарил бандит по кличке… Самосвал.
– Бензовоз, – поправила Саша. – Дима Бензовоз.
– Точно! – воскликнула Тонечка. – Вот видишь, как много всего!
– Чего много?
– Сокровищ вокруг нас, – выпалила Тонечка и посмотрела на Сашу очень близко. – Или легенд о них. У Лидии Ивановны были какие-то сокровища, по крайней мере, так думает ее племянница. У отца Иллариона в храме они на самом деле есть, и он даже просил вдову бандита избавить храм от бремени их охраны.
– Подожди, подожди, – Саша поднялась с поваленного дерева и стала ходить по траве туда-сюда. – Ты хочешь сказать, что в Дождеве действует шайка? Которая охотится за сокровищами?
Тонечка торжественно кивнула:
– Вот именно.
Саша остановилась, посмотрела на нее и засмеялась. Нагнулась, сорвала желто-фиолетовый цветок и преподнесла сценаристке.
– Тоня, – с чувством сказала она, – ты точно должна писать романы. Первая премия за интригу!
Тонечка обиделась.
– Хорошо, тогда как ты объяснишь то, что происходит?
Саша вздохнула, приблизилась и положила ей руку на плечо, словно утешая:
– Тонечка, так ведь ничего и не происходит. Лидия Ивановна… просто умерла. Занемогла, отправилась за помощью, но не дошла. В храм забрались какие-то местные гопники, чтоб стянуть деньги из кассы. Мы им помешали, они нас растолкали и убежали.
– А шторы? – воинственно спросила Тонечка. – А камея?
– Шторы? – переспросила Саша.
