Тонечка не сразу сообразила, о чем он говорит. А когда сообразила, так обрадовалась!
…Действительно! В костюмированные фильмы всегда требуется особая обувь – современная слишком отличается от той, что была даже в середине двадцатого века! И для артистов ее ищут, приводят в порядок, ремонтируют и латают! Но ведь ее можно и шить – по тем, старым образцам.
– Саша! – Она прижала трубку к уху сильно-сильно, как будто муж сидел внутри и мог почувствовать, как она его прижимает. – Сашка, ты просто… вот ты просто… ты – мой герой!.
.
– Понятное дело, – согласился Герман. – Теперь перестань страдать и начинай ликовать.
– Я уже, – сказала Тонечка. – Я уже ликую, Саша.
И они попрощались.
В «Рублевочке» ликующая Тонечка разошлась. Распоясалась.
Она купила изюма, орехов, две большие шоколадки, толстых розовых сарделек, целую палку копченой клинской колбасы, по полкило конфет – трюфелей и суфле. А напоследок еще томную белокожую курицу, про которую продавщица сказала, что «только привезли».
Дома она первым делом замариновала курицу, предвкушая, как будет рад Родион.
Для него самым вкусным на свете были жареная курица, кусок мяса на сковородке, котлеты и макароны. Все остальное он просто ел, а этими изысканными деликатесами наслаждался.
Потом поднялась наверх и неожиданно для себя застала мальчишку не за рисованием, а над тетрадкой по алгебре. Правда, он в ней ничего не писал, а смотрел в окно, но и это было необыкновенно!..
– Инглиш я сделал, – завидев Тонечку, сообщил Родион с тоской.
Собака Буся, сидевшая у него на коленях, встрепенулась, подняла голову и заулыбалась. Она умела улыбаться и даже смеяться! – Остались алгебра, геометрия, химия, русский и обществознание.
– Ого, – сказала Тонечка с сочувствием. – А по русскому много?
– Не, не очень.
Это было уж совсем непедагогично и даже отчасти неприлично, но она сказала:
– Давай так. Алгебру и геометрию я сделаю, а ты перепишешь.
И вытянула у него из-под руки тетрадку. У Родиона вмиг посветлело лицо. Буська наклонила голову набок – она слушала очень внимательно.
– Русский сделаешь сам, обществознание прочитаешь на ночь. Там что? Параграф выучить?
Родион кивнул. Про то, что нужно еще составить таблицу, он умолчал.
– Значит, прочитаешь и запомнишь. На химию наплевать.
Учительница химии все понимала и была на их стороне, за что Тонечка не уставала ее благодарить.
– На ужин запеченная курица.
– Ууурааа! – завопил Родион, схватил собаку и трижды поцеловал в морду.
