– И чего дальше? Ну, задернуты, ну и хорошо!
– Она никогда не задергивала, – твердо сказала Тонечка. – Вот сколько я здесь живу…
Тут Петрович опять захохотал так, что стол скрипнул и отъехал от его пуза.
– Да сколь ты тут живешь-то?! Пару месяцев? Ну, москвичи, ну, затейники! Куда ни придут, ни приедут, сразу затею затеют!
Тонечка молча смотрела на него.
– Ну, задернула бабка штору, и чего теперь? А эту, как ты сказала…
– Камею.
– А ее сунула куда-то да и забыла! Или забрал кто!
– Кто забрал?
– А кто нашел покойницу, тот и забрал! Ты ведь мне намек даешь, что, мол, она не сама преставилась, а помог кто-то? Так?
Тонечка кивнула.
Николай Петрович посерьезнел.
– Ты нам тут воду не мути, – сказал он строго. – И без того синим пламенем горим с этим вашим карантином! Это ж надо такое удумать – всю державу на карантин запереть! Все позакрывали, всюду замки понавесили! Мужики от безделья перепились все, бабы по улицам с синяками ходят, ребятня в хулиганизм подалась! – Он так и сказал «хулиганизм». – А вам, московским, все мало! Теперь, знамо дело, Лидушку прикончили!
– А если на самом деле прикончили? – тихо и упрямо спросила Тонечка.
Майор Мурзин Николай Петрович приподнялся со своего места, оперся ладонями-подушками о стол и перегнулся к посетительнице.
– А это уж наше дело, – тоже тихо проговорил он. – Москва нам тут не указ. Сказано, не мути воду. Ступайте, бабы, по домам. Или, ежели вам заняться нечем, за упокой души свечку поставьте, самое бабье дело!
– Как зовут племянницу Лидии Ивановны?
– Знать не знаю и не желаю.
– Где она живет? В Москве?
Тут Николай Петрович радостно осклабился и сложил из своих пальцев пухлую фигу.
– Во! Видала? Сами-то они с Москвы, а племянница с Твери ездила!
– Адрес у вас есть? Племянницы?
– Сроду не было. – Николай Петрович опять по-кабаньи пырнул носом. – Сказано, не лезь не в свое дело! Не расхлебаешься потом с тобой!.. И… давайте двигайте отсюда! Время уж к обеду!
– Старшему лейтенанту Котейко скажите, что мы его искали, – угрюмо попросила Тонечка.
– Пойдем, Саш.
– Это я уж расстараюсь, – пообещал Николай Петрович. – Это ж прям новость номер один, что вы его искали! Щас я прям за руль и до лесу, где у них пикет выставлен!
Тонечка и Саша одна за другой вышли на улицу и остановились у лавочки, на которой все играл с телефоном весельчак Ленька.
Он не обратил на них никакого внимания, они его больше не интересовали.
– Да уж, – сказала наконец Тонечка. – Никто тут нам помогать особенно не расположен.
