И тетя смирилась.
Он вдруг засмеялся тоскливым смехом:
– Они спорили на террасе! Как я это помню!.. Тетя кричала, что рукопись нужно исследовать, изучать, а не держать у себя в шкафу! Что это мировое достояние! Ей нет цены! А дядя говорил, что она вполне может приняться за исследование сама. А тетя так возмущалась: «Филипп, я специалист по западному искусству, я даже не умею читать полуустав!»
Сценарист у Тонечки в голове уже давно лежал, парализованный. Перо выпало из ослабевших пальцев.
– Когда дяди не стало и мы вернулись в Москву, тетя некоторое время присматривалась, кому и как передать «Хождение», и не решилась.
Сказала мне: «Ты сам потом займешься!» Я думаю, она не хотела с ним расставаться, понимаете?
– Полуустав? – сама у себя спросила Тонечка. – Переплет с медными застежками?
Сорвалась с места и побежала в дом.
Вернулась через несколько секунд с тяжелой книгой в руках.
– Вот! – И она бережно положила книгу на стол. – Я думала, что это сувенир, игра в старину!
– Где вы ее взяли?! – изумился Федор Петрович.
– В доме вашей тети, конечно! На этажерке! Мы взяли записку, она была на зеркале. И эту книгу, она была на этажерке. И кастрюлю с бульоном, она была на террасе.
Федор потрогал книгу и улыбнулся ей, как старой знакомой. Погладил переплет и открыл замки.
– Тетя никогда не оставила бы ее на этажерке.
– Значит, в ее доме точно был кто-то посторонний!
– И она показывала постороннему книгу? – спросила Саша. – А потом ей стало плохо, посторонний ушел, но книгу не взял? Так?
– Вообще не так, – энергично сказала Тонечка.
– Саш, помоги мне быстро подать ужин. А то сейчас явится дядя Арсен, а у нас ничего не готово. Ни кюфты, ни хаша, ни хороваца! Завалим службу!
– Я могу помочь, – вызвался Федор.
– Нет уж, мы сами, спасибо. Родион, проводи Федора Петровича к ручью и покажи ему утку!
На кухне Тонечка повязала фартук и велела Саше тоже что-нибудь повязать, например полотенце.
– Давай сделаем мятую картошку в духовке, а отбивные так пожарим, Родион уж очень любит жареное мясо! И салат, да? У меня есть гранат, мы вполне можем изобразить нечто, похожее на армянский салат.
Саша принялась выкладывать картошку на противень.
– То есть он не сумасшедший, да?
– Да, – согласилась Тонечка энергично. – Конечно, может быть, что он профессиональный врун, например писатель, но вряд ли.
– Если врун, тогда откуда камея? И «Хождение за три моря»?
– Ну, вот именно. Подвинься, мне нужно тесто раскатать.
Саша немного подвинулась.
