Я ждала их реакцию, но ни злости, ни неприязни на их лицах не появилось. Мужчины все также с открытыми улыбками поглядывали на меня.
— Вот это да, а раньше-то живых оттуда не приходило, мертвяки одни. Война у вас там говорят. Совсем худо. За последнее время мертвых приходит много, группами большими шастают.
Я кивнула. Горло жгло, словно обручем раскаленным скрутили.
— Ну, ничего девочка. Ты главное особо не распространяйся. Не любят у вас южан. Кровь как молоко, а гонору. Гнилой народец. Ничего делать не могут, а только права качают.
Ты не обижайся на меня за слова мои, да только видал я их дипломатические миссии. Мужики тьфу! — командир сплюнул на пол. — Одно название: ни силы, ни ума. Зато, как в позы встают. И все им должны и кланяйся. А кому там кланяться? Дрыщу худосочному? Гуроны туточки однажды были. Так те еще страшнее, обезьяны разрисованные. Девок тут попортили, так и прикопали мужики местные их потихоньку на одной из станиц, до вардов наших они так и не дошли, — мужики хохотнули так, словно сами тех гуронов и закопали.
— Так и женщины среди южан да гуронов были, но чтоб сияющая, так ни одной. Мы так вообще думали, что и нет таких, как ты, там больше.
Мужики снова, как по команде, уставились на меня. Вот и мне стало интересно.
— А какая я? — хрип вышел тихий, но они услышали, а может, и по губам прочли.
— Ну, как какая? — в разговор влез Вьюго. – Вкусная. Пахнешь, как трава после дождя поутру. Сладко так. И сияние твое ощутимо, из нутрии идет. Всякий Иной или Древний сразу заприметит.
Так что долго без хозяина тебе ни ходить.
Вот тут мне как-то поплохело. Какой такой хозяин? У них тут, что рабство! Вот уж о чем не мечтала. Видимо мои глаза стали уж больно круглыми. Парни хохотнули. Рыжий худой молодчик, сидящий от меня по правую руку, даже слезы на глазах утер большим пальцем.
— Ты вообще хоть знаешь, какая кровь в тебе?
От потрясения я тихо выдохнула:
— Красная была.
Вот теперь они ржали, как кони, в голос. Эдакое стадо горластых красавцев.
Сидящие за ближайшим столом мужики оглянулись на нас, но видимо не найдя для себя ничего интересного, лишь пожали плечами, и снова уткнулись в свои кружки.
— Ну, ты даешь девочка! Звать меня ви Марко, старшой я в деревне Худовинки. Был старшим, — поправил сам себя командир. — Кровь в тебе доченька занятная. Древняя - это точно скажу. Но чья? Понять не могу. Не видел я людей клана твоего, не узнаю запаха. Сияющая ты. Сильная и магия есть.
