Сев на бортик, наблюдала, как она медленно наполняет деревянную лохань. Как же быстро человек привыкает к хорошему. В храме мы мылись раз в неделю, черпая воду из колодца. Строгий лимит - одно ведро на одну послушницу. А про плен и говорить нечего. Раз примерно в тридцать дней, гуроны вскрывали заслон и пускали поток воды в пещеры, где содержались пленники. Таким образом, они смывали кровь и испражнения с полов, ну и заодно и устраивали водные процедуры своим полуживым постояльцам. Это было ужасно. Огромный поток сносил все на своем пути.
Я хваталась за прутья клетки, чтобы меня не приложило к ним головой или спиной. Те, кто были слабы, так и тонули, не способные подняться и барахтаться в водном потоке. Сколько их было в моей жизни, таких жутких ванн? Сколько раз я захлебывалась этой грязной смрадной водой? Не счесть! Выбравшись, я пару дней провела отшкорябывая от себя слой грязи, раздирая кожу в кровь. Мои волосы, слипшиеся лишенные цвета висели колтунами. Я срезала их ножом, стараясь хоть немного привести себя в человеческий вид.
Сколько слез я тогда пролила и сколько боли вытерпела.
Нет, мне не жаль Хорудо из племени Айгор. Он заслужил то, чему я его подвергла. Это за мою сломанную жизнь. За всех тех, кто умирал, истекая кровью под ним, моля о пощаде. За всех тех девочек. Не выдержав, я расплакалась. Мне его ничуточки не жаль. Я бы вновь и вновь вонзала нож в его гнилое тело."
"Гора моей одежды валялась на полу, а я обнаженная сидела по грудь в воде в ванной и выплакивала все свои обиды, что копились годами.
Слезы скатывались по лицу, а я копалась в памяти, выуживала из ее недр то, что старательно забывала в течение всей жизни. Вспоминала лица и имена тех, чья смерть случилась у меня на глазах. Сколько же их было. Девочки, женщины и мужчины, разорванные, окровавленные со стеклянным взглядом, устремленным в небо. Меня трясло, от ужаса и бессилия. Я била руками по воде, но это не помогало. Легче не становилось, напротив, волна воспоминаний грозилась потопить меня в омуте отчаянья.
— Ниори. Что ты делаешь? – голос вардигана стал последней каплей. Сжав ладонями виски, я просто завалилась на бок, уходя под воду с головой. Вода хлынула в легкие. Но даже испугаться, не у спела, меня выдернули из ванной.
— Все, хорошая моя, успокойся. Все уже позади, больше тебя никто не обидит.
Я не слушала его. Зажала уши ладонями и буквально выла в голос. Так плохо мне не было никогда прежде.
