— Секундочку, — повторила я и тихим шагом поднялась на второй этаж.
Дыхание было таким горячим, словно бы огонь внутри.
Я вытащила мобильник, набрала мужа и зарычала:
— Так это правда, это правда, нет никакой любовницы… У тебя просто вторая жена скоро появится, так?
Глава 25
По ту сторону телефона раздалось тяжёлое молчание, а потом резкий вздох.
— Я не буду с тобой сейчас об этом говорить, — на выдохе произнёс Рустам. — Вы как-то там с матерью сами разберитесь, пожалуйста, что и как вы за меня решаете.
Я хватанула воздух губами, приложила ладонь к груди, не могла поверить.
Одно дело измена, другое дело, узаконенная измена.
— Ты, — хрипло начала я.
— Я, Есения, я, — подтвердил Рустам, — говорю тебе спокойно и чётко. Я с тобой сейчас опять эту тему обсуждать не собираюсь. Ты прекрасно знаешь, что у меня сегодня Духовицкий и сделка. Я вас с матерью оставил вдвоём не для того, чтобы вы накручивали новые интриги на нелепый телефонный разговор. Я тебя молю, приди в чувства и соотнеси все возможные варианты.
Он разговаривал со мной, как будто бы с сумасшедшей , а вероятнее всего, он меня такой считал, потому что выставлял во всей этой ситуации какой-то блаженной, которая проглотит все его издевательства.
— Рустам, я… — начала, я, тяжело вздохнув.
— Буду поздно, не жди, — холодно закончил муж и положил трубку. Мне, насмехаясь, сигналили короткие гудки о том, что Рустам прекратил разговор.
Я сцепила руки в кулаки и прикрыла глаза, что же это делается? Что же это делается?
Мы о таком не договаривались.
Я прекрасно знала, за кого я выходила замуж. И верность была одним из главных постулатов нашего брака. И сейчас выходило так, что Рустам просто решил ей пренебречь, но мы о таком не договаривались…
Нарушенный договор.
Я тяжело задышала, отложила мобильник.
По коридору раздались шаги.
— Есения, девочка моя, ну куда ты убежала? Ну что ты расстраиваешься, — проворковала свекровь.
Я закатила глаза, надо было с этим что-то решать.
— Я сейчас выйду, — крикнула я достаточно громко, чтобы меня не побеспокоили.
Я опустила ладонь на живот и тихо прошептала:
— Потерпи, малыш, потерпи, скоро все закончится. Скоро мы исчезнем из этой их жизни. Из жизни полной лжи.
Его лжи.
После обеда свекровь все-таки добилась от меня того, что мы собрались и поехали в город. Она затащила меня в магазин детских товаров, который был в ближайшем торговом центре, я ходила и тыкала пальцами просто на более менее понравившиеся модели колясок и кроватей.
