В половине второго я понял, что по коридору есть какой-то шум. Выглянув, я увидел, как Есения в компании медсестёр на кушетке едет по коридору."
"Сердце сжалось.
Она была бледная. Кожа пергаментно тонкая, с сероватым оттенком. Еся полулежала на кушетке. А когда её завезли в палату, то я, растерявшись, первое, что сделал, это, все-таки вытащил сына из люльки и, приблизившись к Есе, протянул малыша ей.
— Наш сын, — тихо прошептал я. — Наш с тобой мальчик…
Глава 42
Есения
Я не понимала, что происходило, и приходить в себя мне было трудно.
Тьма рассеивалась, отпускала, и где-то очень вдалеке я слышала разговоры.
Мне казалось, что произошло, что-то непоправимое, но я не торопилась включаться и прислушиваться ни к словам, ни к людям.
Просто в какой-то момент стало невыносимо тяжело сдерживаться и игнорировать происходящее вокруг, и тогда я с трудом разлепила веки, и возле меня оказалась незнакомая женщина.
— Здравствуйте, все хорошо, вы в палате. С вами все хорошо, — произнесла она, и мне это не понравилось.
Когда так настойчиво говорят о том, что все хорошо, значит, ничего хорошего уже и нет.
Я приоткрыла рот и поняла, что внутри все пересохло, а горло аж драло от того, что я его напрягала и пыталась что-то произнести.
— Нет нет, не пытайтесь, не пробуйте. Сейчас я вам дам попить.
Женщина исчезла из поля моего зрения, а потом появилась с большой завинчивающейся кружкой, у которой была высунута трубочка, её поднесли к моим губам, и я потянула воду, горькая была такая, почему-то с металлическим привкусом.
Буквально два глотка, и я поняла, что внутри все немного успокоилось, и чёткость картины происходящего стала проступать в сознании.
Мне стало плохо во время родов. Рус был рядом, я успела родить.
— Не переживайте, ваш муж с ребёнком сейчас уже в палате. Ждут вас…
Я покачала мысленно головой, потому что не была уверена в том, что Рус будет меня дожидаться. Вероятнее всего, он так и заберёт моего малыша.
— Но вам сейчас надо прийти в себя и набраться сил. В ходе родов произошло кое-что неприятное, нам пришлось провести экстренную операцию, — голос был у неё такой мягкий, баюкающий, что мне приходилось себя контролировать для того, чтобы снова не закрыть глаза.
И что они мне удалили?
На краю сознания мелькнула тень.
Я хотела прикусить губы, но не нашла на это сил, и женщина, видимо, что-то прочитав по моему поведению, тут же заверила:
— Не переживайте, операция прошла успешно. Вы сможете иметь ещё детей. Случилось то, что никто не ожидал.
