— Скорее улучшить, — отвечает он, глядя прямо на меня.
Я смущённо отвожу взгляд, сделав вид, что интересуюсь видом из окна.
— Слушайте, если вы не против, я могу подвезти вас домой, — вдруг предлагает он, как будто это самая естественная вещь на свете.
— О, не стоит, правда, — торопливо отвечаю я. — Я за городом живу.
— Настя, я могу довезти, и всё. Без каких-либо обязательств, — добавляет он, чуть приподняв брови.
Его тон вызывает у меня улыбку."
"— Ладно, — сдаюсь я, чувствуя, что прогулка с мыслями о случившемся сейчас не самая лучшая идея.
— Но только если вы сами уверены, что не устали после смены.
—Ни капли, — отвечает он, улыбаясь так, что моё сердце снова предательски ёкает.
14
Настя
Мы сидим в уютном кафе. Атмосфера здесь была такой тёплой и непринуждённой, что даже мои мысли начали расплываться, как дымка. Витрина с булочками, шоколадными пирогами и круассанами так и манит своим ароматом, а воздух, наполненный лёгким шорохом разговоров и звуками капучино, создает странное ощущение покоя.
Мы с Кириллом сидим у окна, друг напротив друга.
Оба держим чашки в руках, и я не могу не заметить, как его пальцы крепко обвивают ручку. Время словно замедляется, и весь этот момент кажется совершенно незначительным и в то же время важным, как маленькое укромное убежище от забот.
Я смотрю в окно, наблюдая за прохожими, а он, замечает, что я замираю взглядом, шутливо говорит:
— Там, на той стороне, какое-то странное искусство на стене. Не верю, что это нарисовано с любовью, больше похоже на отчаяние.
Я улыбаюсь, не зная, что сказать. Мы оба смеёмся, и это, наверное, было единственным моментом, за все утро, когда я почувствовала лёгкость. Мы не пытаемся загружать друг друга подробностями своей жизни, ни о чём важном не говорим, а просто делим тишину и компанию.
— Любишь искусство? — спрашиваю я, чтобы просто продолжить разговор.
Кирилл задумывается, наклонив голову.
— Смотря что считать искусством. Если к искусству можно отнести качественный и аккуратный шов, то да, я большой его поклонник, — с лёгкой улыбкой отвечает Кирилл, ставя чашку на стол.
Я невольно улыбаюсь, представляя, как его уверенные руки выполняют тонкую, ювелирную работу.
— Ну, швы, точно важнее, чем мазки на холсте. Хотя... есть в этом что-то общее, не находите?
Он приподнимает бровь, заинтересованно наклоняясь ближе.
— Общее?
— Ну, и там, и там нужна точность. Терпение. Даже, можно сказать, свой взгляд на мир, — я обхватываю свою чашку руками, чтобы скрыть лёгкое волнение.
