Оглядываюсь на подругу, возле которой вьется сияющий охранник. Перехватываю ее смущенный взгляд, замечаю алое от стыда лицо – и подмигиваю ей приободряюще. А потом украдкой шикаю на мать.
- Молчу-молчу, - демонстративно прикрывает рот ладонью. – Но закатки неси. Застынут там на морозе, - все-таки подгоняет Васю. А тот и рад стараться. Моя мама хорошо к нему относится и даже не раз защищала перед грозным, хронически ревнивым Аликом.
Подзываю к себе Стасю, чтобы отвлечь и успокоить, но тут же все свое внимание обращаю на новорожденного.
- Какой красавчик, - ласково похваливает его Аленушка. – Ой, он мне улыбается? – восхищенно лепечет, когда малыш морщит личико. – Кряхтит. Сказать что-то хочет, - тараторит, пока он напрягается, краснеет еще сильнее, тужится. Замирает на секунду, а после – удовлетворенно прикрывает глазки, засыпая.
- Рапунцель, давай его мне, я переодену, - протягиваю руки, с трудом сдерживая смех.
- А, ой, - догадавшись, что произошло, пищит Аленка. И охотно отдает мне сына.
– Эти Тумановы все с сюрпризом, - фыркает укоризненно. – Вредные, как Алик, - показывает старшему брату язык.
И сбегает, привлекая его внимание. Хоть скрывает, но все же ревнует его к малышам. Ведь когда-то она была единственным ребенком в этом огромном доме.
- А ну иди ко мне, Туманова, - поймав сестру свободной рукой, он притягивает ее к себе, обнимая. – Ты тоже одна из нас. Так что такая же вредная.
- Я и не спорю, - ехидничает в ответ и прижимается крепче к брату. Поднимает ладонь к Марку, щекочет его пятки.
С улыбкой поглядывает на Адама, пока я его пеленую.
Вечером мы все собираемся за столом. То, о чем когда-то мечтала изнывающая от одиночества Аленка, теперь стало семейной традицией. Мы часто ужинаем вместе. По поводу и без. И стали по-настоящему родными.
- Наши сыновья вырастут достойными Тумановыми, - пафосно произносит Алик. Я толкаю его в бок, чтобы осадить немного, за что получаю слабый шлепок по бедру. И муж продолжает как ни в чем не бывало: - Хорошими бизнесменами, - поглаживает по щечке спящего на руках у мамы Адама.
– Верными мужьями, - треплет Марка по макушке. – И никаких разводов в нашей семье не будет, - многозначительно кивает мне и целует. – Потому что все предопределено судьбой, и нечего с ней спорить, - жарко выдыхает мне в губы.
- Главное, чтобы им сопутствовали любовь и удача, - спорю я, укладывая голову Алику на плечо. – Пусть сами строят свои жизни, - добавляю шепотом, с любовью глядя на сыновей.
