Не целует, как бы мне этого ни хотелось. Изучает внимательно мое лицо, ловит взгляд, бесстыдно блуждающий по его телу. Не может не заметить, как у меня вспыхивают щеки. Как мои зубы предательски проходятся по нижней губе, закусывают ее до боли. Как я сама подаюсь вперед, ближе к этому шикарному мужчине.
Да что со мной!
Отшатываюсь слегка, чтобы избавиться от наваждения. Но не помогает. Ничего не помогает. Я никак отлипнуть от Альберта не могу. Такой сильный и красивый, что стукнуть его хочется за это. Нечестно играет! Не тронул меня даже, но те самые бабочки в животе не то чтобы порхают, а взрываются, разлетаясь на микрочастицы.
Щекотно внутри, как от шипучки. И горячо. Еще и мозг не вовремя напоминает о статусе черноглазого демона.
Муж. Мой. Законный.
- Если планировала совместный утренний душ, дорогая, то ты все проспала, - произносит таким обыденным тоном, словно мы безнадежно женаты.
Точнее, так и есть. Но ведь Алик не в курсе! А я рискую проговориться. В сложившейся ситуации партизан из меня отвратительный.
Какой-то озабоченный… мыслями о первой брачной ночи. Которой у меня не было никогда. И не будет. Ведь муж чужой.
Надо собраться! Немедленно! Однако в голове пусто.
Встряхиваю волосами, чувствую легкий ветерок, раздувающий мои кудряшки. И это не сквозняк…
Что он творит? Зачем няньку соблазняет? Все эти дни…
- Кто? – демонстративно морщу нос. - Я? – пальцем тычу себя в грудь. Стараюсь не подавать вида, что там сейчас все чувства сосредоточены. Бурлят, кипят, как лава внутри просыпающегося вулкана.
Извержение близко.
– Ты…
Проклятый Туманов изгибает бровь, проследив за моей рукой, и мажет взглядом по декольте. Настолько медленно, тягуче, словно на самом деле ласкает. Кожа мурашками покрывается, а грудь болезненно ноет, упираясь в ткань белья, от которого остро хочется освободиться.
– Кого-то другого я в своей ванной терпеть не согласен, - звучит словно издалека. Хрипло, нежно, завораживающе. – Так что ты удачно зашла.
От бархатистого баритона ноги подкашиваются, и я ищу точку опоры, упираясь ладошками в каменный торс.
Обжигаюсь, но не одергиваю руки. Пусть поджарятся, мне все равно…
- Я случайно, - сглатываю. И продолжаю гипнотизировать крепкие мышцы. - Мне в комнату надо, - лепечу и, не сдержав порыв, шумно выдыхаю Алику в грудь. Капельки влаги на смуглой коже вздрагивают и катятся вниз, пробираясь через жесткие волоски. Украдкой веду по ним подушечкой указательного пальца, цепляю ногтем.
