Весь в поту, ненавидя все вокруг — пустыню, жару, солнце, песок — он снова принялся отдавать команды своим людям, в глубине души сочувствуя им: ведь они тоже были вдали от родного сердцу Фатерланда."
"А Марион и Инди тем временем притаились за какими-то бочками, наблюдая за арабами, которые в беспорядке носились туда и сюда, и за немцами, грузившими ящик с Ковчегом. Их лица были черные от копоти, но даже под слоем сажи было заметно, что Марион очень бледна и выглядит уставшей.
— Ты провозился с этим фонарем чертову уйму времени, — пожаловалась она.
— Но ведь я все же вытащил тебя оттуда.
— В последний момент, — упрекнула она. — Ты все делаешь в последний момент.
Он взглянул на нее и дотронулся пальцами до ее щеки: пальцы тут же стали черными. Затем снова посмотрел на грузовик.
— Они куда-то увозят Ковчег. Хотел бы я знать — куда.
Мимо них промчалась группа арабов, среди которых, к своему удивлению, Инди заметил Саллу. Он выставил ногу, египтянин споткнулся и упал. Когда он встал, на его губах играла радостная улыбка.
— Инди! Марион! Я уже боялся, что потерял вас.
— Мы тоже, — ответил Инди. — Что случилось?
— Они не обращают на арабов внимания, мой друг, считают, что мы дураки, круглые идиоты; к тому же, я думаю, они с трудом различают нас. Я просто удрал, никто и не заметил.
Тяжело дыша, он скользнул за бочку.
— Уверен, что взрыв— это твоя работа.
— Разумеется.
— Ты, наверное, еще не знаешь, они собираются увезти Ковчег в Каир на грузовике.
— В Каир?
— А из Каира в Берлин.
— Насчет Берлина я не уверен, — сказал Инди. — Не думаю, что Беллок даст им отправить Ковчег в Германию до того, как сам исследует его.
Рядом с грузовиком остановился открытый автомобиль, в который сели Беллок с Дитрихом и вооруженная охрана. Послышался громкий топот— это около десятка солдат забрались в кузов грузовика, где был ящик с Ковчегом.
— Безнадежно, — вздохнула Марион.
Инди не ответил. Смотри и думай, приказал он себе. Думай. Он заметил еще один служебный автомобиль, тоже без верха, на котором сзади был установлен пулемет, там же он увидел стрелка.
За рулем этого автомобиля был Гоблер, рядом сидел Арнольд Тохт.
Увидев Тохта, Марион задохнулась от ярости.
— Он — чудовище!
— Остальные не лучше, — возразил Салла.
— Кто бы он ни был, — сказала Марион, — ситуация выглядит все более безнадежной.
Пулемет, вооруженные солдаты, подумал Инди. Но, может быть, все же есть выход, и не стоит пока оставлять надежду.
Машины тронулись с места.
