Он высунулся из окна и, размахнувшись, обвил хлыстом выступающую из стены горгулью — каменную водосточную трубу, украшенную фантастическими чудовищами. Подергав, он удостоверился, что сноровка вновь не подвела его, хлыст вполне мог выдержать его вес. Перекинув ногу через подоконник, он обернулся к Эльзе:
— Подожди меня здесь. Я скоро.
— Инди, ты сошел с ума. Нельзя же…
Он прервал ее.
— Не волнуйся, ничего страшного. Через пару минут вернусь.
Держась за хлыст, он прыгнул. Ноги повисли в воздухе — и вот он уже на карнизе.
Прыжок действительно не был трудным, но одной вещи он все же не учел: карниз намок от дождя. Одна нога заскользила вниз, и если бы не хлыст, ему бы никогда не удержаться на скользкой поверхности.
Но как теперь отворить ставни, закрывающие окно? Инди подергал — крепко заперто. Он уже собирался надавить посидьнее, как вдруг снизу до него донеслись голоса: по двору шныряли два солдата с собаками и мощными фонарями в руках.
Они, должно быть, обнаружили дворецкого.
Луч фонаря полоснул по стене в его направлении.
Он вжался в оконный проем и замер. Ах да, хлыст! Надо было отвязать его, но теперь уже поздно. Он ждал, затаив дыхани.е. Фонарь скользнул по нему. Затем он услышал, что голоса удаляются. Не заметили — ни его, ни хлыста.
Он снова занялся ставнями. Засунув пальцы в щель, изо всех сил потянул на себя. Безрезультатно! Он попытался нажать на них плечом, но это было не так-то легко сделать на узком и мокром карнизе.
Хорошо, попробуем кое-что более эффективное, только надо рассчитать время.
Он подождал вспышку молнии — дождь уже начал стихать, но молнии еще сверкали — и заметил, через сколько секунд раздался удар грома.
Затем, дождавшись, когда следующая вспышка озарила небо, ухватился обеими руками за хлыст и, не переставая считать, оттолкнулся от стены замка. Когда прогремел гром-, Инди маятником пронесся обратно, ногами высадил окно и, влетев в комнату, шлепнулся на колени. Сквозь разбитые ставни внутрь ворвались дождь и ледяной ветер.
Он вскочил на ноги и огляделся — отца нигде не было видно.
В этот момент что-то тяжелое ударило его сзади по голове. Посыпались осколки."
"Инди покачнулся. Наполовину оглушенный, ничего не соображая, он стоял, беспомощно озираясь, когда из темного угла вдруг раздалось: «Малыш!» — и кто-то бросился к нему.
— Да, сэр, — ответил он машинально, как привык в детстве, и, повернувшись, увидел отца.
— Это ты, Малыш?
Голова наконец прояснилась, и к Инди вернулся былой задор.
