Убивал, пытал, шантажировал и обманывал…
– Кого? – вместо того, чтобы отстраниться, канарейка подползла ближе.
– Людей короля и Вильде, явившихся на мои земли.
– Они пришли с миром? – задала Даника самый важный вопрос.
– Они шпионили.
– Тогда ты защищал свои земли и свой народ, за который отвечаешь! – слова девушки не на шутку поразили меня.
Эта нежная нимфа с душой воительницы казалась совсем иной, словно не принадлежащей нашему миру. Чем больше на нее смотрел, чем больше с ней общался, тем отчетливее понимал – я пропадаю.
Она околдовывала меня, а я даже не сопротивлялся."
"Взгляд опустился к пухлым губам, которые я уже один раз целовал. Тогда было сложно оторваться от нее… Но сейчас… сейчас все было иначе. Сердце забилось быстрее, а кровь зашумела в ушах.
Искушение, вновь прикоснуться к ней, становилось едва контролируемым. Как бы отреагировала Даника, если бы я подался вперед и…
– А дальше? – вырвала меня девушка из безумных фантазий.
– Что? – моргнул я, смотря на нее.
– Что будет дальше? После того, как пройдет бал.
– Мы найдем королевского шпиона, продавшегося Вильде. Хотя есть у меня подозрение, что его величество прекрасно обо всем знает, – помахал я письмами в воздухе, напоминая, что пес всегда выполняет команды хозяина. – А потом заставим глав домов усомниться в их монархе. Достаточно лишь посадить зерно, и эти мнительные идиоты сами раздуют проблему, пытаясь уберечь свои головы.
– Почему думаешь, что это сработает? – подползла еще ближе Даника, совершая большую ошибку.
Мне и без того хотелось к ней прикоснуться.
Этот чертов тонкий халат… Я не мог выбросить из головы ее образ и то, как соблазнительно он распахнулся, едва ли не оголяя хрупкое тело.
Никогда не был падок на демонстрацию женских прелестей, а тут просто не мог взять себя в руки.
– Посуди сама, – стараясь выбросить из головы порочные мысли, произнес я. – Для глобальных изменений в Корвере, требуется согласие всех домов. Если ты помнишь, когда погибла моя семья, мы ехали как раз из дворца.
Королю взбрело в голову легализовать работорговлю. Почти все согласились.
– Мой папа… – ошеломленно ахнула Даника.
– Он воздержался от прямого ответа и, видимо, тем самым уберег свою голову. Его величество решил, что сможет надавить и заставить дом Рахман согласиться. А вот моя семья выступила весьма агрессивно, тем самым вселяя и в других сомнения. В результате ты сама знаешь, чем все закончилось. Работорговлю не одобрили, так как папе удалось внести смуту.
