Даже в присутствии этих стервятников мужчина не преминул возможностью проявить нежность. Полагаю, он заметил мое беспокойство, хоть и не подал вида. Только после того, как я встала рядом с ним, Кассиан обратил внимание на девушку, лицо которой не скрывало презрения.
– Иланга, даю последний шанс. Ребенок мой?
Я удивлялась, как Кассиан сохранял невозмутимость, так как сама была словно на иголках, боясь о том, что слова бывшей фаворитки моего мужа правдивы.
Затаив дыхание, прикусила внутреннюю сторону щеки в ожидании ответа.
– Твой! – твердо произнесла Иланга, и мое сердце оборвалось.
Я верила Кассиану всей душой, но со страхом было так сложно бороться.
– Я тебя понял, – угрожающе спокойно кивнул мужчина, находя мою руку и сплетая наши пальцы. – Идем.
– Ку…куда? – растерянно спросил отец девушки, все еще не пришедший в себя после неожиданного разжалования.
– В подземный храм. Раз уж вы так убеждены, повторите свою правду перед Самайном!
Глава 64. Покиньте дом!
Кассиан
Я намеревался разобраться с возникшей проблемой до того, как проснется Даника.
В жизни моей жены и так было слишком много потрясений и мне хотелось оградить ее от людей вроде семьи Норингейл. Раньше я как-то не задумывался о том, что рядом со мной находится кто-то подобный. Несмотря на скользкую натуру отца Иланги, мужчина был поистине знаток своего дела. В силу врожденной изворотливости он мог заключать договора и добиваться выгоднейших условий. Я знал, что глава семьи Норингейл не самый надежный союзник, и вот тут-то на помощь приходила его немного легкомысленная дочь, которая не упускала возможности растрепать все, что слышала.
Пытаясь угодить мне, она рассказывала о делах отца, его гостях и разговорах, которые коснулись ее слуха. К тому же не мог отрицать, что эта девушка привлекательна, да и в постели была довольно искусна.
Я не считал себя хорошим человеком и никогда не претендовал на роль благодетеля. Во мне было много дурного. Я, не моргнув и глазом, использовал людей, если выгода для народа оказывалась выше причиненного ущерба.
Наказывал, пытал… убивал. Так что совершенно не обижался, когда за пределами моих земель люди прозвали меня чудовищем. Я оправдывал эти слухи и собирался продолжать в том же духе, если это убережет мой народ и мою семью от чужих загребущих лап.
Лишь в одном я поступал всегда правильно, ни разу не давал своим любовницам повод считать, что испытываю к ним нечто большее, нежели физическое влечение.
