Нет! На улицу мне никак нельзя…
Генерал, поразмыслив, пришел к тому же выводу.
- В кадетское училище тебя не возьмут, слишком ты тощий, - сообщил он задумчиво. - По той же причине в подсобные рабочие не попадешь. Там парни покрепче требуются."
"- Что ж мне делать? - В этот раз изображать мне ничего не пришлось: мое лицо само собой вытянулось так, что аж глазам больно стало.
- Письму и счету тебя обучить удосужились? - озадачил меня вопросом генерал Ардашир.
Угу. И компьютерной грамоте. И бухучету с прочей отчетностью.
Бесполезные сейчас навыки. Знать бы, справлюсь ли я с местной письменностью?
- Мой человек имеет каллиграфический почерк, прекрасно считает в уме и умеет вести учетные книги! - разрекламировал меня Тель прежде, чем я определилась с ответом.
Оно, конечно, спасибо, вроде как помочь хотел… Только теперь оправдать бы его слова.
Впрочем, хозяин поместья наивным точно не был.
- Проверим. - Он как-то особенно сильно хлестнул себя прутиком по бедру, поморщился и отбросил его в сторону.
Заметил взгляд, которым я проводила злосчастный инструмент обещанной экзекуции. Не меняя выражения лица, оповестил. - В усадьбе найдется, чем тебя выпороть.
В этот раз жалостливое выражение лица я скроила вполне сознательно.
- Что хотите прикажите, ваше превосходительство, только не бейте! - запричитала на ходу. А поскольку и без того запыхалась, то получалось у меня особенно проникновенно. - Мне ведь в родном доме и за себя, и за братца прилетало! На спине живого места нет!
Ой.
Про спину - это я, наверное, зря. Вдруг Ардашир и это проверить решит?
- Проверим! - подтвердил мои худшие опасения генерал.
7. За одного битого
Дальше до самого особняка мы шли молча. Ардашир раздумывал о чем-то своем, нерадостном. Я пыталась не отстать от него и продумать пути отступления на случай, если его превосходительство слишком близко подберется ко мне и моим секретам. Бежать от истинного совсем не хотелось. Была в нем, несмотря на показную суровость, надежность скалы, безмолвное обещание защиты.
Жестоким, даже несмотря на угрозу воспитательной порки, хозяин поместья не выглядел.
- Накрыть стол на двоих! - приказал он, едва переступил порог своего дома.
Слуга - делес преклонных лет с великолепной выправкой - поклонился без лишнего раболепия и, прихрамывая, отправился исполнять или передавать приказ.
Я проводила старика любопытным взглядом. У меня сложилось впечатление, что он больше привык носить оружие, чем подносы.
