Настала моя очередь возмущаться. Аж лицо вытянулось!
— Как думаешь, девочка, он хороший? — слова «любовник» не прозвучало, но все всё поняли.
Это был идеальный момент, чтобы вспомнить мадам Клос, подавиться воздухом и густо покраснеть, но…
— Не знаю. А проверять пока не хочу.
Кажется, в эту секунду с Эрвином что-то случилось.
Без понятия что. Я не видела! Потому что смотреть на него не хотела. Зато в глазах сущности мелькнуло удовлетворение. Хитрое такое, торжествующее — мол, получил по носу, самец?
— Ладно, можешь остаться, — после паузы ворчливо сказала она.
И картинка парения резко сменилась зелёным лугом. Мы все очутились на твёрдой земле, а сущность протянула лапу и потребовала:
— Подойди, девочка. Нам нужно установить контакт.
Эрвин
Р-р-р!
Бешенство застелило глаза и отступать не собиралось. Я был взвинчен настолько, что мог сорваться в любой миг.
Одно неосторожное слово, неправильный взгляд, и от этой сочной поляны в подпространстве останутся лишь выжженные кочки. Я даже несколько раз трансформировался, не в силах сдержать подконтрольный обычно процесс!
Августа моих метаморфоз не видела, зато с-сущность следила.
Приглядывала одним глазом, в то время как Августа держала её за коготь, устанавливая пресловутый контакт.
Меня терзали две мысли. Первая — нам эта стервозная ящерица не подходит. Кто там распоряжается? Дайте другую драконицу! Получше!
Мысль вторая — без причин ничего не происходит, и раз к моей леди явилась вот эта гадость, значит они похожи. Лишнее доказательство тому, что характер Августы не сахар.
Сколько же сил придётся потратить, чтобы прижать эту парочку к ногтю?
Бешенство нарастало, поднималось всё выше, а достигнув пиковой точки, схлынуло.
Эмоции попятились, уступая место разуму, и я прищурил глаза.
Я ощутил мрачное спокойствие второй ипостаси — при слиянии с человеком драконья сущность растворяется, утрачивает себя, но иногда мы слышим отголоски той, утраченной личности. Прямо сейчас я-человек был зол, а я-дракон вынашивал опасный план.
Дракон шептал: дай Зелёной возгордиться, поверить в свою безнаказанность, расслабиться, а потом… действуй.
Действуй!
Что именно скрыто под этим «действуй» я пока не знал, зато успокоился. Кивнул сам себе, а в следующий миг послышался шумный судорожный вздох.
Августа. Она отпрянула от сущности как от пламени, и я понимал, что это значит. Это была боль. Точно она.
Я рванулся вперёд, поймал леди и обнял за талию. Прижал к себе, готовый подхватить на руки и закрыть ото всех.
