– Хочешь сказать, что их специально делают… как какие-то статуи?
– А они и есть не что иное, как ожившие стеклянные статуи! – с невозмутимым видом ответил Алекс. – Куклы в человеческий рост! Кому-то из них придают внешность человека, которого нужно подменить в другом мире. Кто-то так и существует без лица. Такие скрываются под шлемами из черного стекла, вы видели их в «Лабиринте ужасов».
– Интересно, когда же они успели подменить мою бабушку? – грустно спросила Катерина.
– Скорее всего, еще до вашего появления здесь.
– Я знаю, что раньше Евдокия не желала нас знать, а недавно сама вдруг позвонила и предложила переехать к ней. Значит, уже тогда вместо нее был двойник?
– Возможно. Отправили же ее сюда с помощью машины.
– Но Бестужев говорил, что машина была замурована в подземелье. Он проломил стену лишь за несколько дней до нашего приезда в этот город! – вспомнила Катерина.
– Значит, и старуха появилась здесь примерно тогда же.
– Не похоже. Ведь она стала писать и звонить нам давно, несколько месяцев назад.
Значит, уже тогда вместо Евдокии был доппельгангер. Но как он попал сюда, если машина все это время находилась за каменными стенами? Что это еще за четвертый способ перемещения из Зерцалии в наш мир?
– А ты права! – согласился Алекс. – Но мне ничего об этом не известно. Я знаю лишь о машине и проводниках Созерцателях. Надо будет расспросить обо всем тетку!
Катерина устало потерла виски.
– У меня от всего этого уже голова идет кругом, – призналась она.
– А как насчет еды? – вспомнил вдруг Алекс.
– Я так проголодался, что слона бы съел!
– В этом доме мы питаемся только бутербродами, – ответила Катерина.
– Да мне без разницы! С майонезом я и кошачий корм слопаю!"
"– Я сейчас приготовлю, – вызвалась Наташа и отправилась в кухню.
Ей так и не удалось перекусить, и от голода у девочки уже подкашивались ноги. Катерина и мальчишки продолжали что-то обсуждать в гостиной, Наташа же проскользнула в темную кухню и огляделась. В холодильнике она нашла хлеб, масло и немного колбасы.
А большего сейчас и не нужно. Она сделала несколько бутербродов и, положив их на тарелку, взяла один и с жадностью стала есть. Она собралась было поставить на плиту чайник, как вдруг услышала сквозь окно приглушенный женский голос. Кто-то звал ее.
– Наташенька, ты здесь? Это мама.
– Мама? – удивилась девочка. Она сразу же узнала ее невнятный заикающийся говор и ужаснулась. – Только этого не хватало!
Мать наверняка приложилась вечером к бутылке.
