Она нахмурилась, но промолчала.
— Клянусь, — повторил Раф, целуя ее в висок.
Все взгляды обратились на него. Его горло безотчетно сжалось.
Он еле выдавил:
— Клянусь.
Судья сжал ее ладонь:
— Так тому и быть. Вот ваша наложница. Так свяжите же ее с собой. Пусть она возжелает стать вашей женой. И через тридцать дней она даст мне ответ. Пусть удача сопутствует вам.
Он отпустил руку Пайпер и кивнул, после чего повернулся и вышел прочь.
— Хм, я его чем-то обидела? — спросила Пайпер.
Премьер-министр громко рассмеялся:
— Конечно, нет, дорогая.
Он поприветствовал вас в Безакистане. Он был рад чести встретиться с вами. Желаю вам всего наилучшего. Ваше Высочество, пожалуйста, дайте мне знать, если понадобится моя помощь.
Он ушел и оставил их наедине с их нареченной наложницей. Почти женой. По всем законам их страны, они сделали ее своей. Чтобы заботиться о ней. Чтобы защищать. И чтобы трахать ее.
За его спиной продолжался банкет, но Тал думал только об одном. Его член пульсировал в брюках.
— Они были так милы, — произнесла Пайпер, повернувшись к Каду. — Я голодна. Мы можем попробовать табули?
Братья вошли в зал, обсуждая предстоящий ужин. Пройдет еще несколько долгих часов, прежде чем они останутся наедине с их наложницей на всю ночь.
Глава 8
Пайпер всерьез задумалась о побеге. Она могла просто скинуть туфли от Живанши, на которых настоял Раф, и, не мешкая ни секунды, броситься в бегство.
Но куда она побежит? В свою паршивую квартиру? В свою одинокую жизнь?
Она стояла в дверях спальни Талиба, и все ее чувства были наэлектризованы.
Сердце колотилось. Дыхание было неровным. Ее женская сущность пульсировала. Конец играм.
- Пайпер, пожалуйста, входи.
Тал стоял в коридоре, согревая девушку своей улыбкой и протянув ей руку в приглашающем жесте.
Она заставила свои ноги двигаться. Выпитое вино приятно согревало. Ей было двадцать пять лет, и она не могла представить, что будет дальше. Двадцать пять одиноких лет, без мужской плоти, прижатой к ее коже.
Ночь, которую она провела с Рафом и Кадом, была одной из лучших в ее жизни. Пандора до сих пор могла чувствовать, как все ее тело было натянуто, словно струна, как кровь стучала в висках, напоминая ей о том, что она жива. Но ей хотелось большего.
К ее спине прижалась рука.
- Хабибти, ты не одна.
Спокойные нотки в голосе Када успокаивали ее, напоминая, что она не останется наедине с Талибом, который интриговал ее, но вместе с тем и пугал.
