Не стала говорить о том, что именно я, как никто другой, понимал, что такое свобода и ее отсутствие. Потому что именно Глеб регулировал ее степень.
— А в чем еще? — мне было очень интересно узнать, что это значило для него. Мне было крайне важно понять, что он собой представлял как человек.
— Я скован, потому что на мне лежит куча ответственности. Работа, бизнес, человеческие жизни. Ты.
Когда Глеб упомянул меня я стала слушать еще внимательнее. Просто стало до безумия интересно как я и его свобода пересекались во вселенной этого мужчины.
— Я? — переспросила вроде бы ненавязчиво, чтобы его не спугнуть о своих откровениях, пока сама сидела и с замиранием сердца ждала того, что скажет Глеб.
— Ты думаешь, что я не несу за тебя ответственность? — он как-то странно усмехнулся.
— Ты не должен, — сказала это не с претензией, а на полном серьезе, — если это проблема для тебя, то… я уже совершеннолетняя. Могу и сама…
— Нет, не можешь, — отрезал он.
Обрубил на корню.
А потом, словно опомнившись от той резкости, произнес более мягко.
— Я дал слово твоему отцу. На этом самом месте. — Он посмотрел вниз и несколько раз стукнул ногой по полу, давая понять, что их разговор обо мне произошел непосредственно на этой яхте. — И, даже несмотря на то, как я стараюсь, мне кажется, что я его подвожу.
Мужчина с грустью посмотрел куда-то в даль, а его слова зародили во мне очень странные чувства.
— О чем ты? — я боялась, что могла понять его неправильно.
Боялась надеяться на то, что я сейчас специально расслышала в его словах то, что так хотела услышать.
— Ты думаешь, что это я отнимаю у тебя свободу, но это не так. У нас с тобой все происходит скорее наоборот…
— Тогда… почему ты дал это общение? Почему ты его держишь? — мне было важно получить ответы на эти вопросы, — моего отца давно нет в живых, ты бы мог просто…
— Нет, не мог, — Глеб отрицательно покачал головой, — хотя… кому я вру.
Наверное, в любой другой ситуации я бы так и поступил, но… не тогда, когда услышал откровения твоего отца.
— Моего…? А что он говорил? — спросила почти шепотом. Подобные темы были достаточно чувствительны для меня.
— Ты и в самом деле хочешь знать? — мужчина усмехнулся и отпил из своего бокала, — ты можешь посчитать это старческой сентиментальностью…
— Пфф, — последние фразы, сказанные в шутку, немного разрядили атмосферу.
