2002 год
Кто знает, возможно, Марк Волошин может присоединиться, составляя ему приятную компанию…
Первый арест, и это уже интересно, повлек за собой привычную для таких случаев тактику ведения переговоров, направленную на возможность и «рыбку съесть, и на банане покататься»."
"Оперативным сопровождением расследования Краснопресненской прокуратурой дела об убийстве мужа Надежды до начала 2000 года занимался РУОП, но быстро взлетевшая структура зарвалась, подавляющее большинство арестов было направлено на выманивание денег, налаживания связей, ради выгоды, о чем говорили увеличившееся благосостояние «трудящихся» и растущее спокойствие шпаны.
Всегда проще было договориться, чем «сесть», ведь вину еще доказать нужно.
Мой знакомый Андрей Саратов, к маю 2001 года с рядом своих подчиненных, поменяв структуру, переехал из здания на улице Шаболовка, дом 6, поближе к центру в Управление Собственной Безопасности МВД РФ в подчинение генерала Ромадановского. Это, скорее всего, спасло их от некоторых неприятностей, подарив неприкосновенность.
В 2000 же году, ближе к лету, его заместитель Дмитрий, не станем упоминать его фамилии, ибо он еще «при погонах», попросил подъехать в скверик, расположенный за киноконцертным залом «Пушкинский». Он пробыл несколько часов в кабинете Трушкина, вынужден был отвечать на некоторые неприятные вопросы, пока не под протокол. Вряд ли до этого дошло бы дело, но беспокойство после этой беседы не покидало его еще довольно долго.
При появлении в моем поле зрения полковника, я не заметил на его лице привычной улыбки[88]:
— Привет!
— Что-то случилось?
— Дааа, есть пара человек… — не живется им спокойно…
— Проблемы?
— Скорее у твоих знакомых… — Он знал меня, как и Андрей Саратов, как человека, занимающегося сбором информации по заказу, урегулированием некоторых вопросов и конфликтных ситуаций, знающего добрую половину деловой Москвы. По их мнению, среди моих клиентов были многие криминальные элементы, бизнесмены, в том числе и они с шефом, что и было во многом правдой.
По этой легенде имел я общение и с «медведковскими», а посему не составляло труда передать им что нужно.
Почему Трушкин решил воспользоваться этой связью? Все просто. Еще в дни, предшествующие убийству Солоника, я передавал некоторые записи, конечно, урезанные, Андрею Саратову. Просил он иногда сделать дубликаты и для коллег с «Петровки».
