Уже в коридоре совершенно запуганный Черкасов встретился со старым знакомым. Разговорились, собеседник предложил разрешить все проблемы еще одной встречей. Александр согласился. Через десять минут попал в кабинет тогдашнего начальника РУОП Рушайло. Сложности как ветром сдуло, но не оговоренные обязательства долга, который он не вернул «Триаде». Такие обиды не прощаются, а потому через день после перевода необходимой суммы его «Тойоту Ланд Крузер» расстреляли на Сретенском бульваре. Один из охранников погиб, сам бизнесмен получил тяжелейшее ранение в голову…
Тремя месяцами раньше это покушение должен был совершить я.
Найдя подходящую, очень удобную точку, дающую стопроцентную гарантию попадания, а значит, и ликвидации, я отказался стрелять, узнав точно, что этот человек не имеет отношения к криминалу. Пылеву объяснил, что выбранное место оказалось проблемным из-за непредсказуемого потока автомобилей.
Это был самый центр — другая сторона относительно принадлежащего Черкасову клуба «Луксор»…
Каким-то образом спортсмены-одноклубники Тимура оказались довольно близкими знакомыми Черкасова.
Именно они первыми откликнулись на несчастье, быстро организовав помощь в первые дни.
Спасающие жизнь врачи объявили, что сделать это наверняка получится только используя специальный аппарат, разработанный военными медиками и находящийся только в военном госпитале имени Бурденко.
Отец Надежды договорился о такой возможности, но оказалось, что перевозить раненого равнозначно контрольному выстрелу.
Пришлось подключаться еще раз, и бизнесмен был спасен.
На празднование выздоровления Александра ребята пригласили заслуженно вдову. За одной из рюмок, проникшись ее горем, так и не утихшем по прошествии стольких лет, один из спортсменов, незнакомых с Тимуром, но принимавших посильное участие в ее судьбе, поинтересовался о его убийцах:
— Знаешь, кто?
— Знаю. Но не всех.
— Сказать не хочешь?
— Нет.
— Ну смотри. Если что нужно — рады всегда помочь. Эх, счастливый мужик твой Тимур был.
Жалко, не привелось при жизни с ним познакомиться…
* * *В 1992 году Марк Волошин, разжившись на продаже еще не адаптированных двигателей РД-33 для «Миражей» и еще не доставленных ракет, начал скупать все казавшееся мало-мальски привлекательным. В сфере «зеленой энергетики» он выбрал первый в ЮАР завод по сборке солнечных батарей Helios Power (позднее переименован в Liselo Solar), который он в 1999 году с выгодой перепродал американцам.
