Освобождение такого «Знамени», под которым объединится мощная группировка, способная справиться не только с любым криминальным противником[32], но и с любыми силовыми тогдашними, практически парализованными структурами, пугала. Риск был не уместен и для тех, кто понимал — время должно вносить свои коррективы в любое общество и правила его существования. Ничем от этого не отличалась и «корпоративная семья» «воров в законе», что могло стать одним из факторов, склонивших чашу весов в решении этого вопроса в другую сторону.
Жить хотят все, а не жить красиво, благополучно, богато, соблюдая основы и принципы, тем более, когда для этого есть перспективы, просто глупо."
"При отсутствии частной собственности как таковой при советской власти, новое время подняло эту основу экономики на уровень Конституции. Другими словами, воплощение задумки «Сильвестра» могло устраивать только некоторый непродолжительный срок, при том, что последствия просчитать было невозможно, однозначно было только кровавое противостояние, а потому, в конце концов, произошло то, что произошло… Возможно, и к лучшему — что бы предпринял «честный жулик», поняв, что им решили воспользоваться?! В сложной цепочке, рано или поздно, одно из звеньев рвется…
Часто в жизни так получается: хорошая задумка приводит к чужой трагедии! Так и хочется сказать: лучшее — враг хорошего! Сколько бы еще прожил Василий Петрович Бабушкин (Вася «Бриллиант»), не займись вопросом его преждевременного освобождения «Иваныч» — кто знает…
* * *Чтобы описать тогдашние нравы в преступном мире, приведу один пример из личного опыта, красочно показывающий двуличность отношений даже между «близкими» «бригадами».
В конце сентября 1993 года было совершено покушение на «вора в законе» «Росписного» на автосервисе недалеко от Каширского шоссе.
Пуля разорвала больную от употребления наркотиков печень, пройдя тело «жулика» насквозь, встретив другое. «Вор в законе» выжил, стоявший напротив Дмитрий Шарапов «Шарап» получил той же пулей смертельное ранение.
Через несколько дней, прослышав о произошедшем и предполагая, что мы потеряли союзника, я поделился этой мыслью с Гусятинским.
