Они же уже нашли «злодея»…
– Таких якобы маньяков было много?
– Достаточно. Был, например, «убийца женщин в красном» Андрей Евсеев. Тогда паника была в Москве и области. Он нападал и убивал женщин в красной одежде. Я спрашиваю его: почему именно в красном? А он говорит, что случайно. Во-первых, тогда мода такая была, все в красном ходили. А женщин выбирал потому, что физически он был не очень здоровым и с мужиком бы не справился. Он просто забирал деньги, грабил.
Маньяк он или не маньяк? Конечно, нет.
Ни по каким критериям. Он просто грабитель, но вот так совпало, что были стереотипные действия, и за это его население записало в маньяки.
– А кто был первым настоящим маньяком, которого исследовали во время экспертизы?
– Первого не вспомню, но самый яркий – Николай Джумагалиев. Он пил кровь по двум соображениям. Во-первых, заметил, что «надвигается матриархат, надо как-то этому противостоять». А во-вторых, стал жалеть животных – овечек, коровок, козочек… И чтобы отбить у себя охоту есть этих братьев меньших, ему надо было пить кровь людей.
Это все происходило в Казахстане.
Его, кстати говоря, осудили на «химию» за какую-то ерунду. И он, находясь на «химии», там же, в Казахстане, продолжал эти вылазки.
Интересно, как его поймали. Он с двумя приятелями выпивал в какой-то избе, и с ними была проститутка. Она ему сама сказала: мол, пошли в другую комнату. Он с ней пошел туда и убил ее. И потом подумал: «Как, интересно, отреагируют на это мои приятели?»
Говорит, их реакция произошла все его ожидания.
Они встали на четвереньки (на две ноги не могли – такими пьяными были) и вот так поползли в сторону отделения милиции… Он попытался скрыться, но его задержали и привезли к нам, в Институт Сербского. На следующий день весь персонал, все сестры и нянечки отделения подали заявления об уходе.
– Почему?
– Потому что он стоял в дверях палаты и «цыкал» на них. После этого его перевели в одиночную камеру «Бутырки». И я стал ездить к нему туда.
И вот однажды, после празднования дня рождения, приехал к нему делать тест: это 377 утверждений и нужно отвечать, «верно» или «неверно». Он сидит такой тихий, спокойный. И я заснул. Просыпаюсь, а он продолжает отвечать на вопросы…
Помню, он написал заявление, что после того, как отбудет наказание, хочет работать в милиции. Он был уверен: возьмут!
По мнению Джумагалиева, его «деятельность» очень положительно сказалась на регионе.
