И развернуться ведь негде, это задним ходом только!
— Сэм, хреново, — сказал я, заметив, что наш водитель сбросил скорость, явно не горя желанием заезжать в деревню.
— Вижу, — процедил он сквозь зубы. — Я уже чувствую, как нас поимели, как Кинг-Конг девственницу. «Как девственница! Как в самый первый раз!» — пропел он строчку из песенки Мадонны удивительно противным голосом.
— Да что вы, с ума совсем сошли, параноики? — вдруг закричала сзади Дрика. — Нам никто ничего не сделал! Он сказал, что, кажется, помнит мамино имя, она может быть здесь! Она меня ждет!
Я обернулся рывком, столкнулся с ней взглядами — глаза безумные, лицо красными пятнами от злости пошло, губы кривятся — то ли заплачет сейчас, то ли плеваться начнет.
— Сидеть! — рявкнул я на нее. — Без проверки мы туда не пойдем!
— Они останавливаются, — сказал Сэм, подразумевая впереди идущую зеленую «сканию». — Они что-то заподозрили, слышишь?
Я вдруг понял, что непрерывно слышу голос из рации, голос Дитмира, назойливый и даже требовательный, пытающийся чего-то добиться, но я его не слышал, не понимал — я думал о том, что ситуация начинает ускользать из рук.
— Подожди, у нас тут проблемка, — ответил я в рацию, на секунду отвернувшись от Дрики.
Ответа Дитмира я не услышал. Я услышал, как сзади распахнулась дверь, а затем с грохотом захлопнулась.
— Назад! — крикнул я в окно выскочившей Дрике, но она прокричала что-то ругательное по-фламандски и изо всех сил рванула вперед, в деревню. Причем рванула не по дороге, а отскочив в сторону, за канаву, и побежав по дорожке между домами.
Я увидел, как «скания» начала сдавать задним ходом, нам навстречу. Полог кузова был откинут, я видел Дитмира и второго, носатого, державших оружие на изготовку. Сэм, не говоря ни слова, рванул «унимог» с места, вперед, закричав:
— Останови ее!
Пока мы соображали, что к чему, Дрика успела оторваться от нас метров на сорок, а то и больше. Грузовик албанцев катил все быстрее и быстрее, носатый уже вскинул свое оружие, прицелившись нам в лобовое стекло, и я понял, что выскочить за Дрикой не могу — не успеваю.
Из проема между двумя домами показался зеленый борт армейского джипа, сдающего задом на дорогу. Показался совсем рядом, в каких-то двух десятках метров. Я даже не увидел его — он словно проявился у меня в мозгу серией быстро сменяемых слайдов: скрученный и уложенный вдоль бортов брезент, человек в черном берете и камуфляже в кузове, рука в перчатке без пальцев, рывком взводящая пулемет на вертлюге.
