Каналы, шлюзы — кто там кого теперь пропускать будет? Всю жизнь мечтал жить где-нибудь у моря, да так и не получилось. Может быть, все же теперь с семьей куда-нибудь в подобное место перебраться? А куда? В Питер? Так там непонятно что есть придется: места-то не слишком сельскохозяйственные, Поволжье этот самый Питер кроет как кит воблу с таких позиций. А позиция «пожрать» — она куда как сильная в любом планировании, базовая, можно сказать.
Ладно, все равно пока проблема в том, чтобы добраться. Доберусь — и видно будет, там придумаю.
Чайник быстро вскипел, щелкнув выключателем, кипяток тугой парящей струей полился в кружку, быстро окрашиваясь от болтавшегося там чайного пакетика. Две ложки бурого тростникового сахара — и можно обратно на мостик, смотреть на пустынный горизонт Атлантического океана.
10 мая, четверг, утро. Северная Атлантика, где-то в самой середине
Дни тянулись за днями, мили за милями, и ничего, абсолютно ничего не происходило. Даже пейзаж не менялся. Погода радовала до последнего дня.
Легкий ветерок, к тому же еще и попутный, небольшая волна, которой даже не под силу было сколь-нибудь заметно раскачать «Проныру», приглушенный гул дизеля — его уже перестали замечать. Все в штатном режиме. Даже режим вахт нарушился — мы обнаружили, что так жить скучновато, и менялись уже «творчески», выгадывая время так, чтобы можно было хотя бы всем вместе за стол сесть, пообщаться.
По ощущениям, как ни странно, это все напоминало отдых на даче, особенно после того, как я нашел в кухонном ящике газовый гриль и начал на нем жарить вполне пристойный шашлык из неизменного тунца — только он у нас и ловился почему-то.
Утро же четверга встретило нас не так ласково, как раньше. Ветер стал резче, холоднее, а горизонт к юго-востоку заметно потемнел.
— Похоже на шторм, — сказал Сэм, при этом не открыв мне ничего нового: я сам как раз об этом и думал.
— Похоже, — согласился я с ним. — Очень похоже. Что делаем?
— Не знаю, — пожал он плечами.
— Попробуем взять северней? К северу, да и прямо по курсу небо пока чистое.
— Давай, — вздохнул я, склонившись над карт-плоттером и внося поправки в курс. — Не думаю, что получится придумать что-то умнее.
Дрика, стоявшая рядом с нами, хоть и была самым опытным из всех мореплавателем, лишь качала головой. Ее опыт тоже измерялся несколькими поездками на яхте ее дяди, так что все мы представляли прекрасный образец дилетантов, взявшихся не за свое дело.
