Так, тогда на фиг никакой шланг не нужен: достаточно тех канистр на колесиках, что со мной еще из Америки едут, как раз две из них мы с «Quo vadis» перегрузили. Справимся, с этим точно справимся.
— Ладно, дальше пошли, — просипел я сквозь наволочку, поднимаясь с колена. — Прислушивайся, что-то мне тишина местная не нравится ни разу вообще.
— Ага, понял, — чуть не простонал Витек.
— Не блевать, держись! — предупредил я его.
Проблеваться не грех в таком амбре, но вот потом слабость накатит, а слабость нам неуместна сейчас.
Нам вроде как сильными и решительными быть надо, хотя бы до окончания зачистки.
Так, вот поворот на лестницу, на ступеньках все та же кровь… это кого же тут так потрошили? Это не несколько литров — это уже несколько ведер, как мне кажется. Или здесь не одного, а…
По часовой стрелке «резать пирог» неудобно, но деваться некуда… так, вот весь пролет вижу, только часть площадки скрыта… вся площадка, там никого. Дальше, то есть выше.
Гадство, и вот по этому месиву так и идти? Блин, ну на хрена я на все это подписался, а? Ехал бы себе спокойно на «ивеке» по Европам, и все было бы пучком… наверное…
Есть контакт: не выдержал Витек.
Плеск такой, словно трубу прорвало, шарашит из него фонтаном. Пополам согнулся и еще скулит попутно. А запаха нет, то есть не чувствую, мы тут вроде как по скотомогильнику прогуливаемся, нам все равно уже… и как же потом отмываться-то будем, а?
Так, ладно, пока пулемет у Витька отберем, «хеклер» за спину.
Мне с пулеметом после давешнего приключения все же комфортней, хоть и тяжелая железяка.
Под подошвами противно чавкает, вонь как бы даже не еще гуще стала… и мухи, зеленые такие, откуда столько успело налететь? Вроде закрыто все… а может, и не закрыто? Было бы закрыто, мы бы ласты склеили сразу же, как вошли внутрь, все же вытягивает куда-то вонь понемногу, наверное… как раз туда, откуда мухи летят.
Хорошо, что морда замотана и очки на глазах, а то как представлю, что мухи с этой самой трупанины будут в лицо лезть… тьфу, блин, о деле думать надо, а меня чуть не трясет от брезгливости.
Чавк, чавк, чавк под подошвами — от каждого такого звука волна холода по позвоночнику.
— Витек, если проблевался, то тащись следом, мля…
С площадки поворот, ствол вверх, марка лазера в центре круга света от фонаря на стене… окно на улицу, площадка… да, опять пустая. И вонь вроде как усиливается.
