Больше всего возни вышло с затаскиванием его в кузов, да еще и привязать дополнительно пришлось. Албанец рычал, стонал, охал, раненая нога знать себя давала, но я предусмотрительно ему в рот кляп затолкал из кухонного полотенца. Поговорил — и хватит, молчание — золото.
Трофеи, свое барахло — все в машину, в отличие от пленного — в салон. Потом, как и обещал, завелся и выехал из-за дома. Бронетранспортер тронулся с места и резво покатил по дороге, я пристроился следом.
Вим стоял прямо на дороге, у самой переправы, у ресторанчика «Кааг», прислонившись к пятнистому борту своего «феннека» и явно поджидая меня.
Баст и Йос тоже были неподалеку: сидели за столиком на веранде и пили что-то из термоса. Подъехавшему бронетранспортеру Вим жестом приказал проезжать дальше, а меня остановил. Я пристроился рядом с его машиной, заглушил двигатель.
Вокруг было суетно. Носились военные, появилось неожиданно много гражданских, причем таких, по которым было видно, что пережили они трудные времена: все измученные, мужчины заросли бородами.
Кто-то молчалив, а кто-то, наоборот, перевозбужден. Сразу за переправой стояли два зеленых грузовика с красными крестами, возле них на притащенных откуда-то скамейках сидело несколько человек, явно ожидающих очереди.
За ними в рядок выстроилось несколько военного вида машин, в основном грузовых и джипов, — явно трофеи.
— У тебя все в порядке? — проявил неожиданную заботливость ротмистр.
— Вроде бы, — пожал я плечами. — Пленного взял, менять буду.
Он хмыкнул, затем уточнил:
— На того самого, что ты и говорил?
— Он живой?
— Пленных около двадцати — те, кто успели сдаться.
— Он показал рукой на остров. — Их в сарае возле верфи заперли, пока еще не эвакуировали. Вообще-то мы собирались отдать его тебе, если он жив, так что…
— Тогда так отдам, — ответил я на не заданный вопрос. — Зачем он мне тогда? Это Фехми Гаши, слышал про такого?
— Так это тот самый и есть, о котором разговор был. Тот, что биотуалеты в Афганистан доставлял. Живой он, получается?
Я кивнул на машину, сказал:
— Поехал посты ночью проверять и оказался между небом и землей.
— Не оказался он: за тобой в полукилометре бронетранспортер стоял, там бы его встретили. Не вмешивались, потому что я приказал.
— А у теплиц тоже стоял? — уточнил я. — А то он туда сворачивать собирался.
Вим ничего не ответил, а пошел к кузову «ивеки», заглянул через борт.
— Он самый.
Рядом как-то неожиданно оказались Бастиан и Йос, ловко подхватив пленного, потащили его из машины.
