Он с тяжким вздохом отвернулся. — Дурацкая шутка…
— Тебе тоже тяжело, — я кончиками пальцев коснулась его плеча.
— Да-а, — он отвёл от лица светлую чёлку. — Я не привык ошибаться, а тут… Ведь был уверен, что через пару лет буду нянчить внуков Итана и гадать, когда пойдут жестокие шутки про мои предпочтения.
Столько скрытой боли было в его словах и тоски в глазах, что я рисковала вновь заплакать. Но сегодня нет места слезам, веки и так опухшие, а мне выступать перед журналистами.
— Что с твоими предпочтениями? — решила сменить я тему разговора.
— Ничего, — ухмыльнулся он. — Просто ещё ни одна женщина не смогла запасть в душу. У тебя был бы шанс, если бы ты пахла иначе.
— И как я пахну?
— Домом, — он вновь на меня посмотрел и подмигнул. — Так может пахнуть сестра, но не девушка моей мечты. Так что послушай брата и одевайся в белое. И с глазами что-нибудь сделай. Будущим императрицам положен макияж. Кэт, это по твоей части.
— Вообще-то, я красивая и без косметики, — сестра показала следователю язык, на что он рассмеялся, механически, будто заставляя себя.
— Собирайтесь, девушки. Скоро начнём, — Картер чмокнул меня в макушку и отпустил."
"Я развернулась к кровати, где лежала форма. Действительно, пора. Потянулась было к чехлу, но из сумки раздался сигнал моего артефакта связи. Видимо, что-то важное. Но вызывали меня не друзья, передо мной сформировалась проекция лица женщины сорока лет на вид, золотистой блондинки с голубыми глазами. Мы не общались раньше, я не видела её портретов, но знакомые черты лица подсказали, что со мной пожелала пообщаться мать Итана и Виктории.
— Здравствуй, Джослин, — тускло улыбнулась она, и это заставило появившееся напряжение чуть развеяться.
Стало понятным, что она звонит не ругаться, не обвинять, а просто увидеть меня. Пытливый взгляд покрасневших от слёз глаз метался по моему лицу, подмечая детали.
— Я давно хотела познакомиться с тобой, но не находила повода, а потом и сил, — выдохнула она судорожно, часто заморгав.
— Приятно с вами познакомиться, Розалин. Жаль, что при таких обстоятельствах.
— И мне… Но я не знаю, что сказать… Ты правда беременна?
— Надеялась на это, но… — слова прервались, когда спазм сжал горло.
— Ах… — из глаз женщины полились слёзы. Она спешно отвернулась, стирая их. — Прости, я думала, я сильнее.
— Мне жаль.
— Да…
Она надолго замолчала, пытаясь справиться с эмоциями. Молчала и я, не зная, что сказать или сделать и тоже силясь не расплакаться.
