Если Итан узнает о возможной беременности, больше не станет меня слушать и отправит в безопасное место. Сохранность любимой и наследника перевесит для него моё мнение. А я желаю остаться с ним, стать частью творящихся сейчас событий. Мой дар начал мне подчиняться, я могу помочь сократить возможные жертвы. Но буду бесполезна, если меня сошлют в удалённую крепость.
— Об этом разговоре молчим, — я серьёзно по очереди загнула в глаза девушкам. Как только приняла решение, в мыслях воцарилась ясность. — А я вернусь к тренировкам, — и поднялась с кровати, чтобы покинуть комнату.
— Но если ты беременна, Джослин? — Кэтрин удержала меня за руку.
Голубые глаза сестры наполняли все испытываемые ею тревоги.
— Тогда я тем более должна остаться рядом с Итаном и помочь ему во всём. Чтобы наш ребёнок родился свободным.
Чтобы вообще родился, ведь враги не позволят жить наследнику Вилдбэрна…
***
Остаток дня прошёл в плотной работе. Я намеревалась перевыполнить поручение Итана. Потому вечером провалилась в сон, стоило лечь в кровать.
Разбудили меня жаркие поцелуи, касающиеся плеч и шеи. Само собой, я сразу проснулась, только не от желания, а от поднявшегося в душе страха. Уверенности в беременности нет, но каждая близость может привести к зачатию. Раньше я в полной мере не задумывалась о детях, это казалось чем-то далёким, даже несбыточным. Иногда приходили совсем разрушающие мысли о том, что мой дар станет проклятием и для ребёнка. Он никогда не будет свободен в полной мере, как и я, станет объектом в политической игре.
Но если говорить только о настоящем, моё будущее зыбко, я не в состоянии в полной мере защитить себя, как же уберечь ребёнка? Поэтому беременность будет совершенно не вовремя.
— Итан, я устала, — пробормотала, пытаясь отвернуться от мужчины.
Но он не позволил, сильная рука обвила талию, губ коснулся настойчивый поцелуй. В комнате было темно, я с трудом различала черты его лица, но уверена, глаза мужчины полны страсти.
— Итан… — промычала.
— Я чем-то провинился? — предположил он шутливо.
Ну да, раньше я ему не отказывала.
— Нет, просто устала.
— Ты можешь лежать и не двигаться, — фыркнул он, а я прыснула от смеха.
Вряд ли кто-то способен предположить, насколько ледяной клирик нетерпеливый и страстный в постели.
— Я правда устала, Итан…
И сколько так получится ему отказывать? Он же быстро поймёт, в чём причина.
— Ты весь день работала, — мне почудилась похвала в его голосе. — Максвелл переслал мне расчёты.
— Да? — оживилась я.
