Окружающий мир покрылся трещинами и задребезжал, когда мне удалось осмыслить газетный заголовок. А в груди в этот момент что-то оборвалось, разбилось, оставляя после себя безмолвную пустоту.
— Джослин, что там? — уточнила обеспокоенно Мелисса.
— Ничего, — я спешно скомкала газету.
Бумага покрылась пушистым инеем и опала на стол ледяными хлопьями. Казалось, и сердце моё осыпается стеклянным крошевом. Я знала, что так будет, понимала, ждала, даже пыталась подготовиться, почему же тогда настолько больно?
— Джослин? — вновь позвала меня Мелисса, и я вздрогнула от её осторожного прикосновения.
— Что ты увидела?
— Я пропущу следующие пары, скажи, что мне стало плохо, — попросила я подругу, с трудом заставляя голос звучать ровно, а не срываться.
— Хорошо, — пролепетала она, глядя на меня с тревогой.
От парней тоже не укрылись изменения во мне, даже Найджел затих и теперь присматривался к моему лицу, словно не зная, что сказать и стоит ли. Но мне не нужны были слова поддержки и сочувствующие взгляды, я хотела получить хоть немного времени наедине с собой, чтобы принять новость и свыкнуться с новой реальностью.
И понять, когда потеря любимого стала пугать больше, чем угроза разоблачения."
"Глаза щипали подступающие слёзы, но я не позволяла им пролиться. Молча собрала вещи и ушла. Парни сказали, что уберут за мной посуду. Здание покинула, почти не заметив этого. А на улице чуть очнулась, когда щёк коснулись снежинки. Территорию академии постепенно сковывала белоснежной бронёй подступающая зима.
Кто-то даже играл в снежки на поле, хотя ещё не успело намести сугробы. Каждый шаг оставлял на дорожке бурые следы в тонком белоснежном покрове.
Я вскинула голову, подставляя лицо опускающимся с неба снежинкам и тут же зажмурилась от резких порывов ветра. Шапку сорвало с головы, но это прошло мимо сознания, потому что на поле перед академией один за другим начали опускаться драконы и тут же обращаться. Вернулись рекруты четвёртого курса. Я была знакома только с Римусом и Элизой, но всё равно поспешила к ним, чтобы поприветствовать.
Их возвращение чуть отодвинуло грустные мысли, напомнив о радостных событиях.
— Джослин! — меня нагнала Виктория. Она выбежала на улицу без пальто, только в форме, настолько спешила. — Подожди.
— Нам не стоит общаться при посторонних, — напомнила ей я.
— Знаю, но и молчать не могу, — покачала она головой, отчего пепельные пряди рассыпались по плечам. — Я бы знала, если бы помолвку подтвердили. Итан бы сказал, и мне, и тебе.
