Может, так пытаюсь себя оправдать, но я действительно не помню.
— Я должен был сообщить о тебе в самом начале, — проговорил он, всё ещё не глядя на меня.
— И теперь считаешь, что нужно сдать меня Совету?
Качнув головой, он вновь посмотрел в мои глаза потускневшим воспалённым взглядом.
— А уже не можешь, — вдруг поняла я. — Ты скрыл информацию, и если я действительно виновата в прорыве, то ты соучастник. Мой резерв подскочил из-за приручения гидры, на котором настаивал ты.
— Это вопрос безопасности всей страны, — Грант тяжело сглотнул, кадык на сильной шее нервно дёрнулся.
— Я проявил достаточно эгоизма. Разве не должен я сейчас закрыть глаза на все возможные проблемы, что свалятся на меня и мою семью?
— Не знаю, — пожала я плечами."
"Тоже часто задавалась вопросом о том, насколько эгоистично скрывать правду о себе, если мой дар может помочь столь многим. Но всегда останавливало понимание того, что все эгоистичны в той или иной степени. А те, кто у власти, во много раз.
— Я сумела ослабить портал, он в спящей стадии.
Но закрыть не смогла, не хватило сил и времени. Меня выбросило атакой военных. Поэтому я и спрашивала про плетение.
Глаза Гранта расширились от удивления, он прочистил горло, словно пытаясь справиться с эмоциями.
— Отец не смог мне ничего поведать. Он связан магической клятвой. Это наводит на мысли, что плетение всё же существует. Но, судя по всему, до него не добраться без участия Совета.
— Значит, будем справляться своими силами, — хмыкнула я. — Я не уверена, что Совет нам поможет, а ты? Достаточно ли будет участия только рода Грант?
— Отец при смерти.
Род Грант может лишиться места в Совете, — вздохнул он болезненно.
— Ты наследник и должен просто занять его место. Разве нет?
— Всё сложнее. Меня должны поддержать другие участники Совета из числа драконов. Рамси и Форест хотят продвинуть своего кандидата. Вотерборн и Моррис не будут действовать без отмашки Итана. Род Грант в одиночестве. Я должен выбрать сторону, если хочу сохранить положение семьи.
Много чего должен, — Шейн говорил спокойно, но ладони его напряжённо сжались в кулаки.
Я видела, как он подавлен, чувствовала насколько ему сложно, и даже в какой-то степени испытывала к нему сочувствие, но не настолько, чтобы оказывать поддержку хотя бы на словах.
— Но ты не хочешь?
— Я счастлив там, где нахожусь. Мне нравится преподавать, здесь я могу не оглядываться на общество и жениться на той девушке, на которой захочу. Там свои правила.
