Син делает шаг ко мне, и мое дыхание становится затрудненным, а я медленно поднимаю на него глаза. Мне приходится сжать руки в кулаки, чтобы не коснуться его. Мы терпели друг друга годами, но если бы мне дали шанс…
— Я готова, — объявляет Кира, вбегая на кухню.
— Пойдем. Мы опаздываем, — добавляет она, как будто я этого еще не знаю.
— Слава Богу, — бормочу я про себя.
Отойдя от него, я хватаю с острова свой рюкзак. Я закидываю его на плечо, игнорируя прожигающий взгляд Сина на своей спине.
СИН
Я наблюдаю, как сексуальная блондинка поворачивается и практически выбегает из дома вместе с моей сестрой.
Элли понятия не имеет, что я с ней сделал. И не уверен, что когда-нибудь ей расскажу. Я не чувствую ни вины, ни стыда. Лорда учат, что он может получить все, что захочет, даже если это означает, что ему придется это взять. Именно так я с ней и поступил, и ей это нравится.
Ее маленький мальчик-игрушка не может сравниться с тем, что могу с ней сделать я. К тому же, он не должен был оставлять ее такой уязвимой той ночью в своем подвале.
А прошлой ночью в ее комнате? Что ж, она научится запирать двери. Человека в маске, который приходит и имеет ее, больше не будет. Элли будет знать, что это мой член, мой рот и мои руки насилуют ее.
Я научу ее, что ею может легко овладеть кто угодно. Когда я решу привязать ее к кровати, я точно не оставлю ее одну, как тот придурок в своем подвале. Нет. Я буду сидеть и смотреть, как она извивается, пока не решу ее трахнуть. И я обещаю, с завязанными глазами или нет, Элли будет знать, что это она кончит на мой член.
— Син, я не могу поверить, что ты не пришел на церемонию клятвы, — начинает Джейс, поедая свой батончик гранолы. Он говорил об этом без остановки последние два дня. — Это было дико. Раят кричал на Мэтта…
— Держи, — Корбин протягивает мне блокнот, игнорируя Джейса, как и я.
Я открываю его и улыбаюсь, взглянув на случайную запись.
— Я…
Ощущение вибрирующего в кармане телефона заставляет меня отложить блокнот на стойку, чтобы его вытащить.
Я разблокирую экран и вижу сообщение от Сэнди, сорокалетней подруги моей матери. Это фотография, на которой она высунула язык, глядя в камеру, и текст.
«Я проколола язык».
Я пишу ответ.
«Круто. Может, это поможет тебе лучше сосать член».
Прошло уже много времени — лето перед моим первым курсом в Баррингтоне — с тех пор, как я засунул свой член ей в глотку, но я сомневаюсь, что она стала лучше.
Она читает это и посылает три эмодзи с плачущим смехом.
