Я скрежещу зубами от боли, которую чувствую в груди от того, как Ник стягивает мою кожу, и на долю секунды у меня перехватывает дыхание.
— Неужели ты не следишь за своим питомцем? — издает цокающий звук парень. — Тай, чувак, ты нас разочаровываешь. Ты должен научить этих юных Лордов, как обращаться со своими шлюхами.
Тайсон смотрит на меня, выгнув бровь, и я быстро киваю. Пожав плечами, Ник отпускает меня, и я поднимаю руки, давая ему понять, что не собираюсь валить Тайсона на пол. Сначала мне нужно знать, где Элли.
Подойдя к Тайсону, он передает мне телефон, и я не вешаю трубку, а сворачиваю разговор, чтобы зайти в приложение, по которому я отслеживаю ее телефон.
— Он выключен, — рычу я.
Должно быть, она выключила его после того, как я ей позвонил.
— Я предлагаю, если ты вернешь ее, установить в нее маячок, — продолжает он. — Телефонами можно манипулировать.
— Где, черт возьми, она? — кричу я так громко, что у меня болит горло.
Всего меня трясет. Или это адреналин. Мне кажется, что я снова в «Бойне», в комнате, связанный, и мне нужно бороться, но я не могу.
Мысль о том, чтобы вернуть Элли с выжженным на коже номером «666», вызывает у меня тошноту. Я попрошу Гэвина вырубить ее, пока буду снимать клеймо.… Меня осеняет мысль, я поворачиваю голову к Тайсону и напрягаюсь.
— Что? — произносит он одними губами.
Все, что я могу делать, это смотреть на него. Я заклеймил ее. Герб Лордов на ее бедре. Они снимут его. Разделают ее, как рыбу, пока она будет висеть в холодильной камере. Я не могу допустить, чтобы с ней такое случилось.
Проглотив остатки гордости, я говорю:
— Чего ты хочешь?
Они бы мне не позвонили. В противном случае они бы просто забрали ее.
Щелчок.
— УБЛЮДОК!
— Поехали.
Тайсон срывается с места, и все, о чем я могу думать, это о том, что это произошло с ней из-за меня. Это моя вина.
— Истон? — окликает он меня по имени, положив руку мне на плечо. — У тебя есть маячки на что-нибудь еще?
— Нет… — я замолкаю, пытаясь сообразить. — Но у нас в доме есть камеры.
Я открываю камеры, но не нахожу на них никакой активности.
— Дом ее родителей. Разве у тебя нет камер в нем? — продолжает Тай.
Я открываю камеру в ее спальне. Это единственное место в доме, где они есть.
— Ничего, — рычу я, держа трясущимися руками телефон.
Я собираюсь закрыть приложение, но останавливаюсь. Прищурившись, я смотрю на экран и вижу лежащий на столе телефон Элли.
— Подожди.
Я открываю другой угол обзора и вижу, что французские двери открыты, стекло на полу.
