Отстранившись, она открывает сонные глаза и смотрит на меня.
— Я люблю тебя, Син.
Теперь я могу умереть счастливым человеком.
Отпустив ее, я сажусь и тянусь к верхнему ящику тумбочки. Вытащив то, что мне нужно, я беру ее левую руку и надеваю обручальное кольцо Harry Winston на палец моей жены.
Элли ахает и, подняв руку, смотрит на него. Ее глаза распахиваются от волнения и удивления.
— Надеюсь, тебе понравится.
Она смотрит на тумбочку, а потом снова на меня.
— Как? Как давно оно у тебя?
— Давно, — бесстыдно признаюсь я.
— Я всегда знал, что сделаю тебя своей женой, Элли.
Она обхватывает руками мое лицо, и притягивает к своим губам.
— Да, — шепчет Элли в ответ.
Я смеюсь.
— Это был не вопрос.
Ничто не помешало бы мне сделать ее своей женой.
ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ
СИН
Последние два дня я провел взаперти с Элли в нашем подвале. Я трахал ее так, будто завтра не наступит. В каком-то смысле, так и есть. Это был мой последний шанс сделать ей ребенка. Оставить ей что-то свое. У нее моя фамилия, но я хотел подарить ей ребенка.
Я не оставил ей выбора, не то чтобы ее это волновало. Она лежала, связанная и с кляпом во рту, позволяя мне овладевать ею. Элли была слишком измучена, чтобы даже попытаться остановить меня. С ее пизды капала влага, а мой член был настолько твердым, что причинял боль. Я использовал каждую секунду в своих интересах.
Николас остался в своем старом доме. Я не знаю, как он мучил мать Элли и моего отца, да мне и не важно. Я внес свой вклад. Потратил на них больше времени, чем хотел.
Сейчас было мое время побыть со своей женой, поэтому я извлек из этого максимум. Этим утром, закончив с ней, я отнес ее в нашу кровать, и когда вышел через парадную дверь, заметил на подъездной дорожке к нашему дому внедорожник ее матери. Я был рад, что Николас вернулся. Я не хотел, чтобы этим утром Элли проснулась дома одна.
— Полагаю, я не смогу тебя отговорить? — спросил Тайсон, нарушив молчание.
— Ты, как никто другой, должен знать, почему я это делаю, — говорю я, глядя в лобовое стекло его машины.
Часы на приборной панели его «Бентли» показывают, что уже почти шесть утра. Солнце только начинает подниматься над линией деревьев.
— Почему? — удивляется он.
— Ты отказался от своего будущего ради любви.
Тайсон фыркает.
— Я отказался от него ради мести. Это не одно и то же. Одно — сила, другое — слабость.
— Если, дав ей будущее, которого она заслуживает, я становлюсь слабым, значит, так тому и быть.
Он грубо смеется.
