Я вздыхаю, провожу рукой по волосам, наблюдая, как она лежит в постели, ее глаза снова закрыты. Раздается звонок в дверь, и я вскидываю глаза."
"— Я могу…
Я кладу трубку и убираю мобильник в карман, натягивая простыню только до ее шеи. Понимая, что Элли вся горит, но в то же время не желая, чтобы она была голой, если кто-то здесь есть. Подойдя к высокому комоду, я рывком открываю верхний ящик и хватаю свой пистолет, засовываю его сзади за джинсы, убедившись, что он прикрыт футболкой. На выходе из комнаты я включаю вентилятор и закрываю за собой дверь.
Я останавливаюсь у входных дверей. Они открываются, и в дом входят трое мужчин с таким видом, как будто он им, блядь, принадлежит. Трое мужчин, которым я не давал этого адреса, но они каким-то образом точно знают, где я нахожусь. А значит, они знают, где Элли.
— Братья, — киваю им, а они все стоят в парадном фойе, одетые в черное, покрытые татуировками, с таким видом, будто хотят отрубить мне голову.
— Мы пришли доставить посылку, — говорит один из них, отступая в сторону.
Другой брат хватает прячущегося за его спиной мужчину и толкает его вперед.
— У тебя неделя на доставку, Истон.
Он называет меня по имени, и я шагаю к ним, желая защитить Элли, которая дальше по коридору. Я не хочу, чтобы они к ней приближались.
— Или мы придем и заберем сами, — мужчина осматривается, оценивая все своими голубыми глазами, после чего снова переводит их на меня. — И нам бы не хотелось разрушать все, чтобы получить то, что нам причитается.
ЭЛЛИНГТОН
Я переворачиваюсь на бок.
Хватаюсь руками за живот, и издаю стон. Меня тошнит. Мое тело сотрясает дрожь. Все болит. Трудно дышать.
— Ты в порядке, Элли, — я слышу голос Сина, но не вижу его.
Мои глаза плотно закрыты. Вероятно, мне это мерещится.
— Что с ней? — спрашивает чей-то голос вдалеке.
— С ней все в порядке. — Голос Сина намного громче, он ближе ко мне. Я чувствую, как он хватает меня за плечи, уклоняясь от ответа на вопрос. — Иди и жди меня в другой комнате.
Я протягиваю руку и хватаюсь за подушку.
Я накрываю ею лицо, свет слишком яркий, он причиняет боль моим глазам, хотя они закрыты. Я чувствую, что кружусь, мое тело непроизвольно дергается.
— Я не буду…
Я приподнимаюсь, отбрасывая подушку, когда мой рот заполняет слюна.
— Меня… сейчас стошнит, — умудряюсь пробормотать я, не обращаясь ни к кому конкретно.
Кто-то хватает меня за волосы и кладет мне что-то на колени. Меня тошнит, мышцы живота напрягаются, кислота обжигает горло.
