— Син что-то зна…
— Син следит за каждым ее гребаным шагом, — продолжает Ченс, делая шаг назад и проводя рукой по своим темным волосам. Не знаю, на кого он злится — на меня или на своего дядю. — Господи, ты же взрослый мужик. Когда-то ты три года обходился без киски. Подержи свой член в штанах еще недельку, прежде чем испортишь все нам обоим.
Линкольн поправляет воротник и свирепо смотрит на меня, разговаривая с Ченсом.
— Я хочу ее в брачную ночь.
Ченс раздраженно фыркает.
— Я серьезно, Бекс. Она же не гребаная девственница, и ты не будешь там первым.
Я хочу ее после свадьбы. Черт, ты можешь быть там и смотреть, но я хочу трахнуть ее до того, как это сделаешь ты. Я заслужил это.
Ченс кивает.
— Да, ты прав. Отлично. Она твоя первая, в ночь свадьбы.
Линк протискивается мимо него и идет ко мне. Наклонившись, он берет меня за подбородок, заставляя посмотреть на него с того места, где я сижу.
— Ты слышала это, Элли? Я сказал тебе, что получу свою долю от тебя.
— Ты никогда не будешь так хорош, как Син.
Я не знаю, почему я это сказала, но я не смогла бы остановить эти слова, даже если бы захотела. Я выйду замуж за Ченса, и он позволит моему отчиму трахать меня вместе с хрен знает кем, но они никогда не будут Сином. И я буду напоминать им об этом при каждом удобном случае. Может, Син никогда и не любил меня, но он точно знал, чего я хочу, когда мне это было нужно.
Я ожидаю, что Линкольн разозлится, но вместо этого он просто улыбается и отталкивает мое лицо, пихнув меня обратно в кресло.
— Может, ты и не девственница, но ты будешь истекать кровью ради меня в свою брачную ночь, когда я вырежу его гребаное имя на твоей спине. Я отправлю его ему по почте в пакете. Это будет мой свадебный подарок ему после того, как он сделает Амелию своей женой.
Понятия не имею, зачем Линку это нужно, Сину на это наплевать. Но я не собираюсь говорить ему об этом. Линкольн может разобраться сам.
ГЛАВА СОРОК ПЯТАЯ
СИН"
"Я стою в столовой, засунув руки в передние карманы брюк.
Посмотрев в панорамные окна, я вижу приближающийся по подъездной дорожке свет фар. Я направляюсь в большое фойе и, распахнув обе двери, выхожу на крыльцо в ночную прохладу. Машина останавливается, и я следую к пассажирской двери. Открыв ее, я вижу, как со стороны водителя выходит Ченс.
— Она отключилась, — говорит он в знак приветствия.
Я смотрю на обмякшую на пассажирском сиденье Элли, на ней все еще вечернее платье с их вечеринки по случаю помолвки.
