Я осторожно открываю ее, чтобы войти внутрь, задерживая дыхание, чтобы она не заскрипела и не предупредила кого-нибудь в доме о моем присутствии. Закрыв за собой дверь, я на цыпочках ступаю по кафельному полу и быстро осматриваю комнату. Здесь темно. Висящие на стене слева от меня часы показывают, что сейчас немного за полночь.
У меня есть задание. Проникнуть внутрь, составить список и доложить задокументированную информацию Лордам. Проходя по коридору, я останавливаюсь, чтобы заглянуть на кухню. Используя фонарик, я вижу на белом столе бутылку вина.
Она пуста, как и два винных бокала. На одном из них очень заметное пятно от розовой помады. Я бы узнал ее где угодно.
Отвернувшись от кухни, я направляюсь в хозяйскую спальню. Последние двадцать четыре часа я изучал чертежи этого дома, поэтому знаю, где что находится.
Открыв дверь спальни, я свечу фонариком, чтобы убедиться, что она пуста. Значит, остается только одно место, где искать. Я возвращаюсь ко входу в дом, но вместо того, чтобы выйти на улицу, поворачиваю направо по другому коридору.
В конце коридора есть дверь с двумя замками. Оба — засовы, но они запираются снаружи. Они предназначены для того, чтобы кого-то впускать. Но не для того, чтобы кого-то не пускать.
Повернув оба, чтобы отпереть, я вхожу внутрь, зная, что дверь ведет в подвал. Мои ботинки тяжело ступают по деревянной лестнице. Подойдя к последней ступеньке, я поднимаю фонарь, чтобы осмотреть комнату. Это то, что любой назвал бы подземельем. На задней стене висят плети, цепи и кожаные ремни различных форм и размеров.
Кто-то использует их для усмирения плоти. Он использует их, чтобы заставить женщин кончать. Наручники, цепи и веревки также висят на крючках и лежат на полках вместе с масками и кляпами.
Это секс-подземелье.
Не могу сказать, что не завидую, потому что я завидую. Когда-нибудь у меня будет своё собственное, но до тех пор я просто позаимствую его.
Посветив на односпальную кровать в центре бетонной комнаты, я вижу то, за чем пришел. Она лежит посреди матраса, на спине, широко раскинув руки и ноги.
Девушка обнаженная.
У нее повязка на глазах и кляп во рту — прозрачный кусок скотча на губах, но я вижу у нее во рту что-то похожее на нижнее белье.
Зная, что она меня не видит, я включаю свет, чтобы лучше рассмотреть. Она не двигается в своих путах, и, судя по замеченной мною здесь второй пустой бутылке вина, я бы сказал, что она отключилась из-за того, что слишком много выпила. А может, он накачал ее наркотиками.
