«Куда она, блядь, делась?»
Открываю другую камеру и смотрю на ванную. На ней видно, как Элли подходит к одной из двойных раковин. Она закрывает лицо рукой. Включает кран и набирает воду в стакан, ополаскивая рот.
Я включаю громкость, когда входит моя сестра.
— Тук-тук.
Элли смотрит на нее, слезы беззвучно стекают по ее опухшему лицу.
— Ты в порядке? — тихо спрашивает она.
— Нормально, — отвечает Элли и направляется обратно в спальню.
— Тебя опять тошнило? — спрашивает сестра.
— Я в порядке, Кира, — Элли игнорирует ее вопрос.
— Ты беременна? — спрашивает Кира, и Элли останавливается.
Она медленно поворачивается лицом к моей сестре.
— Нет, — качая головой, Элли проводит рукой по своим спутанным волосам.
— А ты уверена? Может, тебе стоит сделать тест? — предлагает моя сестра, ее голос настолько тих, что кажется, будто она боится даже высказать эту мысль Элли, но в то же время беспокоится за здоровье своей подруги.
— Я не беременна, Кира. Я принимаю противозачаточные средства, — возражает Элли, начиная раздражаться.
Повернувшись, она снова собирается уйти, когда моя сестра заговаривает.
— Но что, если ты беременна?
Элли опускает плечи, тяжело вздыхает, но не отвечает. Вместо этого она идет в спальню и заползает обратно в кровать, натягивая одеяло на голову, чтобы отгородиться от всего мира и своей лучшей подруги.
ЭЛЛИНГТОН
Я сижу в ресторане, уставившись на свою воду. В моей голове продолжают звучать слова Киры о том, что я, возможно, беременна.
Это невозможно. Но ведь это было бы моей удачей, верно? Родить ребенка от Сина.
Вселенная трахнет меня в последний раз. Я очень сомневаюсь, что мой будущий муж захочет воспитывать чужого ребенка. Черт, у меня уже вытатуировано его имя. По крайней мере, это можно прикрыть другой татуировкой. А моя мама вчера сказала, что мне повезло, что я вообще нужна Лорду. Добавить ребенка — и к черту все это дерьмо.
Часть меня надеется, что это так. Это даст мне выход. Я скажу Лорду, что должна выйти замуж, что беременна, и, может быть, он отшвырнет меня в сторону, и я смогу жить дальше.
В одиночестве. Далеко отсюда, где меня никто не знает. Син будет занят своей женой и созданием семьи с ней, он даже не вспомнит обо мне, не говоря уже о том, чтобы искать меня. От этой мысли у меня перехватывает дыхание и сдавливает грудь.
— Эллингтон?
Я поднимаю глаза на маму, которая сидит напротив меня.
— Да?
Она вздыхает, ее взгляд падает на телефон, я уверена, что она проверяет время. Отсчитывает минуты до отъезда.
