Когда его ледяной взгляд встречается с моим, Син наконец отвечает:
— Вполне подойдет.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ
СИН
Маркус смеется над моим ответом, а Элли смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Она возненавидит меня, когда я закончу с ней, но мне на это наплевать.
Моя кожа горит, пульс учащен. Она позволила ему прикоснуться к себе. Трогать ее пальцами. Надеть на нее наручники, ради всего святого. Забыла о том, что она принадлежит мне. Маркус со своим другом могли сделать с ней бесконечное множество вещей.
Неужели Элли так и не научилась разбираться в мужчинах? Блядь, она выросла в мире, знающем о существовании Лордов. Одно это уже должно приводить ее в ужас.
— Слышишь? — спрашивает Маркус, прижимаясь губами к ее уху, пока она борется с его хваткой. — Ты достаточно хороша, чтобы быть нашей шлюхой.
Она хнычет, с ее ресниц стекают слезы.
— Поставь ее на колени, — приказываю я.
Он отпускает ее шею и толкает на пол кухни. Элли вскрикивает, ударившись о кафель.
Я хватаю ее за волосы и откидываю голову назад.
Она пытается заговорить, но я прижимаю кончик ножа к ее щеке.
Я смотрю на нее не мигая. Элли переводит свои распахнутые глаза с моих на Маркуса.
— Не убивай ее до того, как придет моя очередь, — смеется Маркус, улыбка расползается по его лицу при мысли о том, что он собирается с ней сделать. — Мы тебя выебем, маленькая шлюшка. Ты будешь молить о смерти, прежде чем мы ее тебе подарим.
Он встает и, прислонившись спиной к стене, скрещивает руки на груди. Устраивается поудобнее, чтобы насладиться зрелищем.
Я ему это устрою.
— Наркотики? — спрашиваю я.
— Дал ей кое-что, — отвечает Маркус.
— Что это было? — огрызаюсь я, глядя на него.
— Кое-что, чтобы поднять ей настроение, — он смотрит на нее, стоящую передо мной на коленях. — Ей понравится, когда ее используют. Ну, пока она не потеряет сознание.
Я смотрю на нее, и вижу, что ее зрачки расширены, веки тяжелеют.
— Она просила об этом?
Мне нужно знать, обратилась ли Элли к нему за наркотиками, или он просто предложил, а она взяла.
Не знаю, зачем, но это не изменит моего отношения к ней.
Маркус фыркает.
— Ей и не надо было. Эта шлюха — наркоманка. Продавал ей в прошлом. Увидел ее в клубе и воспользовался случаем.
Элли хнычет, и я смотрю на ее проколотые соски, они твердые. Я наклоняю голову, наблюдая за тем, как при дыхании поднимается и опускается ее грудь.
Я опускаюсь перед ней на колени, костяшками пальцев провожу по ее груди и животу.
