Но мне нравятся эти ощущения, и какое же это наслаждение – позволить своему желанию, с которым я боролся с самого благотворительного вечера, исполниться и наконец проявить заботу о Зенни всеми возможными способами. Конечно, с Зенни оно принимает совсем иную форму, чем обычно с семьей: вожделение, влечение и стремление защитить переплетаются, выливаясь во что-то новое. Такого я никогда раньше не чувствовал.
– Для начала я хочу, чтобы ты доела то, что у тебя на тарелке. – Зенни хмурится: очевидно, она не ожидала, что я скажу что-то настолько обыденное.
– Зенни, доедай свой ужин. Я не буду больше повторять.
Прищурившись, Зенни берет вилку и начинает есть.
– Уже хочется назвать меня мудаком?
– Пока нет. – Она проглатывает кусок пирога.
Я улыбаюсь.
– Хорошо. Сними свою футболку.
– Что? – Ее вилка со звонким стуком падает на тарелку."
"– Ты слышала меня, – вкрадчиво произношу я. – Я хочу видеть тебя, пока ты ешь. Хочу узнать, какого цвета твой лифчик, увидеть форму твоих маленьких сосков, когда они заострятся от холода и желания снова оказаться в плену моих теплых губ.
Она опять сглатывает, и на этот раз не потому что ест.
– Господи, – шепчет Зенни, и я не могу сказать, злится она или молится. В любом случае это не имеет значения. Она быстро стягивает с себя футболку и отбрасывает ее за спину.
Я одобрительно хмыкаю, наклоняясь вперед, чтобы получше рассмотреть. На ней бледно-лавандовый лифчик, цвет которого приятно контрастирует с темной кожей, и под тонкой тканью я вижу темные кружочки сосков, которые твердеют и превращаются в упругие бугорки.
Ниже виднеются слабые очертания ее ребер и почти стертый рисунок, похожий на мандалу, спиралью спускающийся к бедрам.
Студентка колледжа, которая иногда забывает поесть.
Студентка колледжа, которая, лежа в кровати, учит материал и от скуки рассеяно рисует на собственной коже.
В типичной для Зенни манере, одновременно бесстрашно и неуверенно, она расправляет плечи, ничего не скрывая от моего голодного взгляда, и нервно покусывает нижнюю губу.
– Прекрасно, – выдавливаю я и вижу, как моя похвала влияет на нее.
Хорошо. Я планирую много хвалить ее в течение следующего месяца.
– Теперь доедай, а я пока тобой полюбуюсь.
– Я… что?
– Доедай. Я знаю, что сегодня после занятий ты отправилась в приют и, скорее всего, ничего не ела с самого завтрака.
Уголки ее губ подрагивают.
– Может быть.
