– Я очень впечатлена, – говорит она с деланной серьезностью, пытаясь придать своему лицу выражение поддельного восхищения, но безуспешно, и снова звонко смеется. – Ужасно впечатлена.
– Настолько, что позволишь принести тебе выпить? – спрашиваю я. Этот вопрос – выработанная годами привычка. И только задав его, понимаю, что вообще не знаю, разрешен ли ей алкоголь. – Э… Тебе можно пить?
Ее улыбка слегка меркнет, и, опустив руку на талию, она рассеянно проводит ладонью по шелку.
– На прошлой неделе мне исполнился двадцать один год.
– Значит, тебе можно пить алкоголь, – говорю я. – Но я намного старше тебя, чтобы угощать тебя выпивкой, и в этом настоящая проблема.
Она выгибает бровь, а в голосе появляются дразнящие нотки.
– Ну да, ты действительно старый.
– Эй!
И снова эта улыбка. Господи! Я мог бы всю оставшуюся жизнь любоваться, как эти восхитительные надутые губки растягиваются в широкую улыбку и обратно.
– Что угодно, только не вино, – все еще улыбаясь, просит она. – Пожалуйста.
– Хорошо, – отвечаю я с довольной ухмылкой, как будто подросток, которого только что впервые пригласили потанцевать на вечеринке в средней школе. Да что со мной не так? Одна красотка двадцати одного года и мой вечер триумфа превратился в приключение пылкого желторотого юнца. А я уж точно не такой.
Но тем не менее мое сердце бешено колотится, а член упирается в ширинку брюк, пока я направляюсь за выпивкой для этой женщины. Даже несмотря на ее слишком юный возраст. Даже несмотря на то, что я ее совершенно не знаю.
Даже несмотря на то, что она смеялась надо мной."
"На самом деле мне даже нравится то, что она посмеялась надо мной. Обычно меня воспринимают слишком серьезно, как в постели, так и за ее пределами, и я удивлен, насколько приятно добиваться восхищения этой девушки.
«То, что надо», – решаю я. Именно этого я и хочу: самую малость завоевать ее. Возможно, отвезти ее домой будет неправильно, но, если у меня получится к концу вечера заставить ее испытать сожаление о том, что мы не поехали ко мне, этого будет достаточно.
Достаточно, чтобы утолить жажду.
Я заказываю ей джин с тоником и прошу бармена уменьшить количество алкоголя, а себе беру еще одну порцию виски. Затем возвращаюсь на террасу и испытываю облегчение, что она все еще там, задумчиво вглядывается в горизонт, обхватив себя руками.
– Замерзла? – спрашиваю я, собираясь снять с себя пиджак и отдать ей, но она отмахивается от меня.
– Все нормально.
