— Не за себя, — отозвался он.
Хотела было спросить за кого, но не стала. Знала, что услышу свое имя."
"Вместо этого задала ему совсем другой вопрос.
— У тебя бывало такое, словно где-то глубоко в груди появился зуд, но ты не можешь ничего с ним сделать — ни почесать, ничего. Я даже собиралась обратиться в лазарет, но внезапно зуд пропал, а вместо него я стала слышать тонкий голос. Правда, это происходит только тогда, когда вокруг тишина и никто меня не отвлекает…
Как и сейчас. Вернее, было до того момента, пока не прилетел Кайден.
— Бывало, — кивнул он, и внезапно при свете луны я увидела, как на его красивом лице появилась довольная улыбка.
— Правда⁈ И что же это такое?
— Хочешь знать, что будет дальше?
— Конечно! Поэтому и спрашиваю.
— Этот голос с каждым днем будет становиться все увереннее и громче. А затем появится он… Вернее, она.
— Кто появится⁈
— Твоя драконица, Эйвери, кто же еще? Ты ее призвала, причем сделала это сразу, на первом же Призыве, и я должен тебя с этим поздравить!
Я смотрела широко распахнутыми глазами, как он меня поздравлял — сжал в своих объятиях, но почти сразу отпустил.
— И что мне теперь с этим делать? — спросила у него растерянно.
— Ждать, — отозвался он. — Ждать и надеяться, что к тебе прилетит черная драконица и Зигурт будет от нее без ума.
— Почему это⁈ — открыла я рот.
— Потому что так, пожалуй, я заполучу тебя даже быстрее.
Я с треском закрыла рот, а Кайден расхохотался.
— Ну знаешь что, Кайден Ритчер!.. — возмущенно сказала ему.
Он знал.
Принялся мне объяснять, что нужно будет сделать, когда дракон прилетит в первый раз, после чего, опять же, никуда не ушел.
Так и сидел рядом со мной — мы смотрели на небо и звезды и ждали моего дракона.
* * *Архимаг, покряхтывая, поднялся с кресла. Три дня в седле туда и еще три обратно не прошли для него бесследно. Спина до сих пор была на него серьезно обижена, да и колени тоже не слишком обрадовались.
Можно было, конечно… Вернее, ему стоило воспользоваться транс-переходами, как сделали все остальные ректоры, прибывшие на совещание в столицу.
Но с тех пор, как в его жизни появился Наргус, он брезговал стационарными порталами, считая их проявлением слабости.
Они с Наргусом все же долетели до столицы, а потом, узнав желаемое и поучаствовав в жарких дебатах, вернулись домой. Теперь оба расплачивались за собственное безрассудство — именно так назвала их состояние его верная секретарша.
— Вы незамедлительно отправляетесь в лазарет, господин ректор! — заявила ему.
