Не меньше двух недель, а то и больше.
Но остальные будут счастливы узнать то же самое, что и оно.
Я жива, хотя все считали, что меня больше нет.
Убитое горем, существо долгое время скиталось по миру — перед моими глазами замелькала бесконечная череда сменяющих друг друга дней и ночей. Счет шел даже не на недели и месяцы, а на годы.
Время тянулось и тянулось, пока, наконец, существо не почувствовало мое присутствие. Нет, на Суше оно не могло меня найти — спускаться ниже облаков для его вида смертельно.
«Мои родители, — спросила я у существа, перелетая на следующий камень.
— Ты ведь собираешься сообщить именно им⁈».
Оно не поняло моего вопроса.
— Кто мои родители? — произнесла я уже вслух.
Затаив дыхание, принялась дожидаться картинки в голове, но существо все равно меня не понимало. Как бы я ни старалась, оно знало лишь то, что ему нужно сообщить остальным.
«Я ничего не помню из своего прошлого, только падение с дракона. Помоги мне! Ты же был тогда со мной рядом. Пытался меня спасти и спас, не дав разбиться об воду.
Но я должна вспомнить обо всем, что со мной происходило раньше. Покажи мне мое прошлое!».
Оно снова ничего не поняло, но пообещало сообщить остальным.
Очередной камень, после которого было около двадцати метров свободного полета. Мое второе я, раскинувшее невидимый парус за моей спиной, терпеливо дожидалось, когда я на это решусь.
Ему было хорошо и уютно рядом со мной. Оно буквально мурлыкало от счастья, потому что вернулось домой.
Его дом — рядом со мной. В моем теле, в тепле моей магии.
Внезапно я осознала, что ничего нового, скорее всего, я от него не узнаю.
Существо не расскажет, потому что оно другое. Понятие времени у него отличалось от нашего, памяти тоже практически не было. Зачем, если оно не приспособлено жить вдали от своего человека?
Оно не знало слова «семья» — кажется, подобные ему размножались… делением, нисколько не заботясь о своих потомках, потому что те рождались уже взрослыми особями, способными присоединиться к своему человеку.
Так что понятия «родители» оно не знало.
На мой вопрос об «остальных» я все же вымучила из него картинку — в голове промелькнул огромный, из светлого мрамора город, и еще было чувство, что там находится центр вселенной для его вида.
И его самого, чьего имени я не знала. Хотя спрашивала.
Оказалось, у него нет имени. Но если я хотела, то могла называть его своим, потому что мы с ним — единое целое.
— Ясно, — сказала ему, хотя мне ничего не было ясно.
Наконец, решилась.
