— Ну же, нападай! — вновь подбодрил он меня. — А то магистр Крашш нападет на нас сам.
И я это сделала, но по-умному. Имитация удара — неуверенный выпад, слабо сжатый кулак… Решила проследить, в какую сторону станет уклоняться Кайден, а заодно отметила про себя, что моя затея удалась.
Он снисходительно улыбнулся, качнув корпус чуть влево, уходя от моего удара, поэтому я продолжила разыгрывать из себя неумеху. Показала ему еще две слабые попытки ударить, после чего решила, что пора заканчивать с представлением.
Молниеносный выпад; удар, еще один.
Если от первого Кайден еще ушел, то второй его поджидал именно там, где я планировала. Пришелся его прямиком в солнечное сплетение, потому что бить в лицо и в причинное место я все же не стала — вроде как пообещала местным Богам, да и Кайден очень мне помог.
Мой удар заставил его чуть согнуться, после чего я снова пошла в атаку. Он все-таки успел увернуться, но я уже поджидала его с подсечкой.
В последнюю секунду Кайден ее избежал. Вцепился в меня, но я сорвала захват, заодно ударив его в голень, вновь заставляя отступить.
На лице лорда Ритчера промелькнуло удивленное выражение, а потом я… почему-то упала.
Хотя упасть должен был он.
Вернее, упали мы вдвоем.
К тому же Кайден грохнулся прямиком на меня и вдавил своим весом в землю, не давая мне ни вывернуться, ни скинуть его с себя. Еще и схватил за руки, прижав их к пыльной траве стадиона.
Ухмыльнулся. По его довольным глазам было видно: эта поза — беспомощная я лежу на спине, а он на мне сверху — во всем его устраивала.
Правда, я все же вывернула правую руку из его захвата. Дотянулась, схватив валявшийся неподалеку обломок ветки и молниеносным движением приставила ее к горлу противника.
— Ты труп, Кайден Ритчер! — сказала ему. — Умрешь через пару минут от потери крови. С моим-то ножом в шее!..
— Это ветка, Эйвери Таккер! — выдохнул он мне в лицо. Затем приблизился к моему уху. — Просто… ветка!
От него немного пахло потом и драконом, от разгоряченного мужского тела шел жар, который почему-то передался еще и мне.
Сперва по телу пробежали мурашки, которые быстро погибли от прокатившейся следом горячей волны.
Или же всему виной была его близость, от которой оказалось никак не избавиться?
— Да встань ты уже с меня, сколько можно⁈ — не выдержала я. — Ты мертв, так что прекращай меня облизывать!
— Не могу отказать себе в это удовольствии! — вновь склонившись к моему уху, произнес он таким тоном, что я подумала: и правда не может.
