Я довольно быстро унеслась вперед — одно время думала держаться рядом с Риз, но магистр Крашш это заметил, подбежал и нарычал. Пообещал, что будет следовать за мной по пятам и подгонять пинками, чтобы я не отлынивала. Потому что он знает, на что я способна.
Пришлось прибавить ходу.
Я бежала по стадиону, размышляя о том, что Селия и Дебора участие в утреннем кроссе не принимали — наверное, отлеживались в лазарете, изводя целительниц своими придирками. Марлин я тоже не заметила. Зато Лилли, попавшаяся на моем пути, отшатнулась, пропуская меня вперед.
Мне захотелось притормозить и расспросить ее об оброненной вчера фразе. Кажется, Лилли сказала, что в этой истории у нее совсем другая роль, но какая именно — так и не договорила. Зато сейчас она посмотрела на меня темным и колючим взглядом, и я передумала о чем-либо с ней разговаривать.
Пробежала дальше, высматривая среди парней Томаса Хансена, пока не убедилась, что его на утреннем занятии тоже нет. Мне стало немного спокойнее — по крайней мере, никто не будет распускать слухи на уроке у магистра Крашша, а дальше мы уже посмотрим.
Вскоре я догнала лидирующую группу, затем обогнала парней и финишировала первой.
— Молодец, Эйвери Таккер! — с довольным видом похвалил меня магистр Крашш. — Моя ты девочка!
И тут же, стоило ему это произнести, как я почувствовала буравящий висок тяжелый взгляд. Не выдержав, повернула голову…
Оказалось, на наше занятие явился старший курс всадников, и среди них, конечно же, были два кузена королевских кровей.
Один из них глядел на меня — тот самый даритель платья, причина множества женских слез, разбитых сердец и даже пары неуверенных попыток самоубийств.
Кайден Ритчер рассматривал меня, сложив руки на груди. Усмехнулся на последние слова магистра Крашша, словно, по его мнению, тот ошибся и эта девочка — то есть я — была только его и больше ничьей.
И уже скоро я получила подтверждение своим догадкам.
Стоило добежать до финиша и остальным, как магистр Крашш объявил, что сегодня мы переходим непосредственно к оттачиванию боевых навыков.
Впереди нас ждали поединки — он хотел увидеть, на что мы способны.
— Сейчас я способна разве что лечь и умереть, — тяжело дыша, призналась Риз, сегодня пробежавшая целых два круга.
И пусть до финиша она добралась последней и с солидным отставанием, но все-таки добежала и преодолела почти все препятствия.
Тут подруга заметила среди старшего курса Эйдана МакГилла и тотчас же перестала жаловаться на жизнь.
