Он сделал шаг вперёд, провёл рукой по влажной промежности девушки, довольно хмыкнул, приставил головку члена между её мягких губок, слегка надавил, преодолел лёгкое сопротивление и через мгновение вогнал член между стройных, длинных ног блондинки, впившись пальцами в её бледные упругие ягодицы, с наслаждением нанизав её на свой орган и с удовольствием услышав, как тихонько застонала девушка, распятая на огромном массивном столе совещаний…
«Ох и хороша, чертовка!» — с восхищением отметил Хадсон, любуясь блондинкой со спины, её фигуристой задницей, тонкой талией и сексуально выгнутой спинкой.
— «Не зря я согласился взять ей на работу… Ох не зря!»
Елозя по прохладной столешнице затвердевшими сосками, млея от удовольствия и прокручивая в уме открывающиеся перед ней головокружительные перспективы, Бетани нырнула рукой себе между ног, нащупала пальчиками мужские яйца, впилась в них ноготочками и притянула к себе, заставляя мужчину позади себя вогнать в неё член на максимальную, совсем не маленькую длину.
"
"Хадсон ошеломлённо дёрнулся, собираясь вырваться, понял, что ничего не выйдет (да и не очень то ему и хотелось!) зарычал, мстительно, стараясь сделать больно ей во ответ, вогнал в блондинку член по самое основание, заставив девушку на миг испытать маленький микро-оргазмик и почувствовать прокатившуюся по телу дрожь, и принялся выпускать в неё щедрые, обильные порции семени, хлюпая между её мокрых губок и наполняя её до краёв…
Такого волшебного секса у Ричарда Хадсона не было давненько… С тех самых пор, как он на недельку летал по делам на Кубу, года три назад…
* * *Мишель вышла из кабинки лифта на тридцатом этаже и восхищённо, с замиранием сердца огляделась.
Это то самое место… Место, где она всегда мечтала работать, быть одной из старших партнёров компании, быть одной из лучших юристов Лос-Анджелеса. И что самое важное — один маленький шаг, даже скорее всего шажочек, в этом направлении она уже сделала сегодня. И как ни странно, благодаря своему ассистенту…
Да уж… Нужно присмотреться к нему — кто знает, что ещё скрывается за фасадом эдакого качка-переростка…
— Доброе утро, — сдержанно кивнула Мишель девушке за стойкой ресепшена — ослепительной брюнетке с образцовой укладкой, ровными, словно под линейку, чёрными бровками, точёным носиком, идеально подведёнными губками и строгим, высокомерным взглядом.
Чёрт… Да даже ресепшионистка здесь смотрела на неё, как на пустое место.
